ЗООМИР и не только о нём

ЗООМИР и не только о нем

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЗООМИР и не только о нем » РОССИЯ » НАША ИСТОРИЯ


НАША ИСТОРИЯ

Сообщений 21 страница 30 из 164

21

http://ruskline.ru/analitika/2014/05/06 … _istoriya/
  ( карта, текст)

   

Расскажите о РНЛ, нажав кнопки!Русская народная линия

   Приднестровье: этническая история
Сергей  Лебедев, Русская народная линия

Восстание в Новороссии / 06.05.2014

«Русская весна» в исторической Новороссии охватывает не только территории, пока находящиеся в составе территориального образования «Украина». Первой освобожденной территорией Новороссии стала Приднестровская молдавская республика (ПМР), родившаяся еще в 1990-ом году! Все эти годы никем не признанная ПМР жила одной только надеждой на воссоединение с Большой Россией. И вот теперь ситуация радикально меняется в связи с кризисом на Украине, а также сложной ситуацией в Молдавии и Румынии. Российский президент Владимир Путин в ходе «прямой линии» 17 апреля на вопрос о судьбе ПМР прямо сказал, что «людям должно быть позволено самим решать свою судьбу. Вот над этим мы вместе со всеми партнёрами и будем работать, конечно, опираясь прежде всего на тех людей, которые в Приднестровье проживают». Эти слова моментально вызвали истерику киевской хунты, которая немедленно приступила к сооружению укрепленных линий по границе ПМР и Украины. Впрочем, ПМР все годы своего существования жила в условиях блокады, так что все эти меры киевских временщиков могут служить лишь иллюстрацией к ее неадекватности. Одновременно в очередной раз власти Румынии во главе с амбициозным и не вполне вменяемым президентом Траяном Бесеску начали кампанию по аннексии республики Молдова (Молдавии) к Румынии, что в условиях неурегулирования отношений Молдавии с Приднестровьем вновь обостряет конфликт на Днестре.

Так что же такое Приднестровье, кто его населяет и за что борются его жители?

Земли на левом берегу Днестра были заселены издревле. Здесь проживали скифы, сарматы, аланы (вероятно, название реки Днестр происходит из иранских языков, на которых говорили эти народы). С начала VI века страна была заселена славянскими племенами уличей и тиверцев, а затем находилась в составе Киевской Руси и Галицко-Волынского княжества. Еще в конце X века, по сведениям, сообщаемыми византийским императором и историком Константином Багрянородным, на Днестре было шесть запустевших русских городов: Белгород, Тунгала (современные Бендеры), Кракикаты (Сороки), Салмакаты, Сакакаты, Гианкаты (местонахождение которых неизвестно). Названия этих городов даны в греческом произношении, так что как они назывались на языке местных жителей, не вполне ясно.

В период половецких вторжений рубежа XI-XII веков славянское население этого края частью погибло, частью бежало в более безопасные места. Впрочем, русские продолжали жить здесь и после половецких вторжений. Во второй половине XII века, как уже говорилось, здесь существовала своеобразная республика Берладь. Однако батыево нашествие, и последовавшие за ним татарские набеги превратили этот край в «дикое поле». Лишь в Карпатских горах, в Буковине и Покутье, сохранилось русское население. Остатки славянского населения покорились татарам. В 1257 году Галицкий князь Даниил, воюя с татарами, сжег города Болохов, Губин, Кобуд, и некоторые другие, расположенные по нижнему течению Днестра. Из этого следовало, что здесь еще оставались русские города под ордынской властью.

В XIV веке по соседству, между дугой Восточных Карпат и реки Днестр сложилось Молдавское княжество. Говорившие на романских языках потомки даков, которых славяне обычно назвали влахами или валахами,

Общая православная вера, церковнославянский язык, который был официальным языком Молдавского княжества, общий образ жизни способствовал быстрому слиянию славян и валахов в новый молдавский этнос.

Сергей Викторович Лебедев, доктор экономических наук, профессор

Нравится  Поделиться
--------------------------------------------------------------------------------
     

       
Другие статьи этого автора28.04.2014 | «Вся деятельность диссидентов антироссийская»
Политолог Сергей Лебедев о правозащитном движении в России

15.04.2014 | Я имею вам сказать за Одессу-маму...
Этническая история Южной Пальмиры

01.04.2014 | «В Западной Европе усиливается правое движение»
Политолог Сергей Лебедев о причинах беспрецедентного успеха «Национального фронта» Марин Ле Пен на муниципальных выборах во Франции

25.03.2014 | «Революция пожирает своих детей»
Политолог Сергей Лебедев об убийстве «Сашко Билого»

25.03.2014 | Слобожанщина: этническая история

17.03.2014 | Нижнее Поднепровье (Запорожье)
Этническая история

14.03.2014 | Донбасс: этническая история

04.03.2014 | «Главный союзник Кремля - феноменальная дурость либеральной тусовки»
Политолог Сергей Лебедев о реакции радиостанции «Эхо Москвы» и других прозападных СМИ на сообщение о возможном вводе российских войск на территорию Украины

24.02.2014 | Крым и его народы
Этническая история

все статьи автора

Отредактировано Zlata (06-05-2014 08:38:54)

22

http://ruskline.ru/analitika/2014/05/05 … a_hodynka/
  (текст, карта, фотография)

Расскажите о РНЛ, нажав кнопки!Русская народная линия

    Неизвестная Ходынка
Борис  Галенин, Русская народная линия

05.05.2014

Кровавая заря Ходынки

Первое место в череде катастроф, войн и революций, которыми отмечен Царственный путь Государя-Мученика Николая II, занимает трагедия на Ходынском поле в дни Его Священного Коронования. Трагедия известная казалось бы всем, но при этом удивительно мало понятая.

Что же именно произошло ночью и утром 18/30 мая 1896 года на этом поле? Единственным не оспариваемым фактом является тот, что у павильонов с царскими подарками для народа собралась толпа в несколько сот тысяч человек, с вечера жаждущая их раздачи. Как это часто бывает в местах большого скопления народа, произошла давка, сопровождаемая значительными человеческими жертвами.

Так, на «золотом юбилее» коронации королевы Виктории в 1887 году «при сходных обстоятельствах» погибло по разным данным от 2 до 4,5 тыс. чел, не считая раненых. Но подробностей этой катастрофы в открытом доступе вы не найдете.

Версия первая, каноническая

Уже в первом сообщении вечером 18 мая о драме на Ходынке от Министерства Двора, напечатанном в Правительственном Вестнике утром 19 мая, была озвучена версия, ставшая канонической, что все жертвы были вызваны «стремительным и сокрушительным» броском толпы за гостинцами. Причем озвучена эта версия была еще до того, как 20 мая/1 июня в Русских ведомостях за N 137 появилась статья Владимира Гиляровского, где фактически ту же версию он повторил уже как якобы очевидец.

Число жертв по данным полиции определялось в 1 138 убитых и умерших от ран и менее 500 раненых.

В Постановлении о Ходынской катастрофе от 7 июня того же года число убитых было определено в 1 389 человек, а раненых в 1 300. Но наиболее близким к истинному представляется число погибших и скончавшихся от ран примерно 1 300 человек и порядка 500 человек раненых.

Несмотря на то, что именно Министерство Двора, а отнюдь не канцелярия Московского Генерал-Губернатора, сочло своей служебной обязанностью сообщить о трагедии на Ходынке, на этот многозначительный факт подавляющее большинство не обратило внимания.

Напротив, «прогрессивная общественность» немедленно сочла ответственным за происшедшее именно Генерал-Губернатора Москвы Великого Князя Сергея Александровича, закрепив за ним прозвание «князь Ходынский». Что касается самого Государя Императора, то к Его имени та же общественность с этих пор стала усердно прилагать эпитет «кровавый».

С ним и вошел в страдающую столетней либерально-революционной шизофренией отечественную историческую память самый добрый из русских императоров.

Двуликая случайность

Достаточно локальная драма на Ходынке по своей вредоносности для сакрального образа русской монархии стала сравнима с такими шедеврами черного пиара русской предреволюционной истории, как пресловутое Девятое января или якобы позорно проигранная самодержавием японская война.

Но если в организации остальных войн, провокаций и революций периода 1894-1917 годов очевидно наличие целенаправленно враждебной исторической России силы мирового масштаба, что в настоящее время не вызывает сомнений, то Ходынская драма стоит в этом смысле особняком. И друзья и враги России и русского Самодержавия единодушно относят ее к разряду случайности: несчастной для России и весьма удачной для ее врагов.

Между тем, случайностью Ходынская драма отнюдь не была. Каждый экспромт, как говорится, должен быть хорошо подготовлен.

Принцип прецедента

Отметим, что стандартные обвинения в адрес московских властей основаны на столетнем, скажем так, недоразумении. Словом недоразумение в данном контексте обозначен целый букет предвзятых мнений и предубеждений о Ходынке. Например, мнение о том, что Ходынское поле всегда было только местом учений и маневров войск Московского округа, было перерыто окопами, и непонятно как в голову московских властей могла придти идея, устраивать на этом поле коронационные народные гуляния.

На самом деле это была уже третья по счету коронация, сопровождаемая массовыми народными гуляниями на этом поле. Коронации Александров и Второго и Третьего сопровождались народными торжествами на Ходынке, причем никаких жертв не было.

Для гарантии благополучного проведения коронационных торжеств мая 1896 года в основу организации их по Высочайшему повелению был положен «принцип прецедента». Именно, в деталях должен был быть соблюден план проведения всех таковых торжеств и мероприятий в Коронацию Александра III 1883 года.

Но Высочайшее повеление не было исполнено: власть и ответственность были разделены.

В коронацию 1883 года московские власти, были полными и единоличными распорядителями во всех вопросах проведения Коронации, касавшихся не Кремля, а Москвы. В частности, раздача подарков народу на Ходынском поле была поручена московскому обер-полицмейстеру.

В коронацию 1896 года устройство майских «коронационных народных зрелищ и увеселений» в Москве вопреки здравому смыслу было изъято из ведения московского генерал-губернатора Великого Князя Сергея Александровича и всецело передано Министерству Императорского Двора.

Принятие мер по охране и обеспечению безопасности народных гуляний также взяло на себя Министерство Двора.

В самой Москве, не считая, по-прежнему Кремля, полнота ответственности за обеспечение безопасности собственно коронационных торжеств, особы Государя Императора и лиц Императорской фамилии была возложена на московские власти.

В Кремле же порядок и безопасность, как и в 1883 году обеспечивала Дворцовая полиция, поддержанная силами Личного Конвоя Его Величества.

Зародыш катастрофы

Таким образом, получился в буквальном смысле слоеный пирог «разделения ответственности». Действительно, в месте проведения «народного праздника» на Ходынском поле за все отвечает Министерство двора, то есть - Петербург.

От «поля гуляний» до Тверской заставы, сразу за теперешним Белорусским вокзалом, отвечает вообще непонятно кто, поскольку полномочия московской полиции, равно как и ее обер-полицмейстера, формально на границе застав заканчиваются, и начинается зона ответственности полиции подмосковной, конкретно, 3-го полевого стана Московского уезда.

Далее от Тверской заставы до стен Кремля несет ответственность за безопасность Императора и населения полиция московская, которая с этой задачей справляется блестяще, как на самой Коронации, так и при ее подготовке.

И, наконец, в самом Кремле, вновь распоряжается Министерство Двора. При этом общую ответственность за личную безопасность Императора несут Великий Князь Сергей Александрович и опять же московская полиция.

Во время коронации присутствовала и третья сила. Гвардейскими частями, прибывшими в Москву в немалом количестве также вроде бы для поддержания порядка и обеспечения безопасности монарха, командовал Великий Князь Владимир Александрович. А вот Великий Князь Сергей Александрович не имел пока отношения к командованию даже войсками Московского округа. Командующим округом он станет только после коронации. Возможно, что и с учетом Ходынки.

Именно в этом многослойном разделении ответственности между Москвой и Петербургом за благополучное протекание единого по существу, говоря современным языком, мероприятия и был грамотно заложен зародыш будущей катастрофы.

В результате интриг

Так что обвинения московских властей в выборе неудачного места для народного торжества и в преступно плохой его организации, являются результатом более чем столетней злонамеренной дезинформации. Как пишут современные исследователи: «В результате интриг Министра Императорского двора [графа Иллариона Ивановича] Воронцова-Дашкова Великий Князь Сергей Александрович с самого начала подготовки к коронации был отстранен от контроля за проведением народных гуляний.

Когда произошла трагедия, Воронцов-Дашков попытался уйти от ответственности, свалив вину на великого князя, инспирировав, глубоко тенденциозный доклад статс-секретаря графа Палена»[1].

Похоже, в выдвижении на первый план Воронцова-Дашкова сыграла роль императрица-мать Мария Федоровна, «особым благоволением» которой пользовался Министр Двора. Следует также учесть, что с одной стороны жена Министра Двора была близкой подругой Марии Федоровны, а с другой она недолюбливала свою невестку Александру Федоровну, а с некоторых пор и ее сестру Елизавету Федоровну, а с ними и ее мужа Сергея Александровича.

Вне зависимости от ее желания поведение Марии Федоровне играло на руку либеральной партии при дворе, осложняя и без того трудное положение, в котором оказался молодой Император после безвременной кончины Отца. Этот же фактор вполне мог помешать объективному расследованию Ходынской катастрофы.

Биографы Министра Двора его свидетельствуют, что «в правительстве Воронцов-Дашков представлял интересы либеральной бюрократии»[2]. Витте, которого связывала с Воронцовым в том числе и совместная деятельность по Священной Дружине, довольно странной и до сих пор не вполне разъясненной организации, также считал Иллариона Ивановича «человеком довольно либерального направления», что на взгляд Сергея Юльевича, было большим плюсом.

Очевидно, что либерализм Воронцова заведомо осложнял даже деловые контакты между ним и Великим Князем Сергеем Александровичем, который либералом отнюдь не был.

«Особое Установление» и его обязанности

Непосредственное устройство «народного праздника» согласно приказу по Министерству Императорского Двора от 8 марта 1895 года, было поручено «Особому Установлению по устройству коронационных народных зрелищ и увеселений» во главе с д.с.с. Н.Н. Бером.

В обязанности «Особого Установления» входило: 1) составление общего плана и программы народных увеселений, 2) производство строительных работ, 3) определение количества угощаемого народа при народных гуляньях, 4) обеспечение порядка и 5) организация санитарного надзора.

Как показали данные Следствия о Ходынской драме, перечисленные выше пункты были «Особым Установлением» выполнены в весьма свободомыслящей манере. Говоря мягко.

Составление плана расположения объектов для праздничных гуляний, включая киоски или буфеты для раздачи подарков, контроль за их строительством, было поручено архитектору (гражданскому инженеру) Н.Н.Николя из состава «Особого Установления». Ему же было поручено и составление общего плана народных гуляний.

Удалось документально установить, что сравнительно мало известный архитектор Николя был избран на эту весьма ответственную должность, обойдя в конкурсе значительно более именитых коллег. Причем определенную роль в его избрании и в утверждении его проектов застройки поля для гуляний, сыграл товарищ Министра Двора барон В.Б. Фредерикс[3].

Немного географии

Народное гуляние проходило на прямоугольном участке Ходынского поля площадью около одной квадратной версты слева от Места Выставки (рис.1). Ниже «Места выставок» на плане отмечена Ходынская водокачка. Длинная северная сторона прямоугольника «поля гуляний» была вытянута вдоль Петербургского шоссе. Правый, если стоять лицом к Петровскому замку и шоссе, конец прямоугольника выходил к «Месту Выставки», а левый примыкал к Всесвятской роще, начинавшейся в районе метро «Аэропорт».

Выделенное на плане «Место Выставки» занимало площадь, включавшую территорию нынешних 1-го Боткинского проезда и стадиона Юных пионеров. В коронацию 1883 года здесь стояли павильоны Пятнадцатой Всероссийской промышленно-художественной выставки 1882 года, захватывая территорию стадиона Юных Пионеров, и доходя почти до Беговой улицы.

 

Рис. 1. План Ходынки и прилегающей местности на плане 1895 года

Громадная экспозиция разместилась в восьмидесяти павильонах, построенных на Ходынском поле на площади в 30 гектаров, и ставших своего рода городом в городе. И занимала она значительно большее место, чем указанное на плане «Место выставок». Во всяком случае - в глубину от Петербургского шоссе.

По колено в грязи, но на аршин короче

Единственным зданием выставки, сохранившимся как в 1896 году, так и в наши дни, был бывший Царский павильон, в котором сейчас ресторан Паризьен. За несколько лет до коронации 1896 года остальные выставочные павильоны были демонтированы, и на их месте к дням Коронации осталось поле с ямами разной формы и глубины, как от фундаментов павильонов, так и особенно от опор этих фундаментов.

Именно на этом поле собралась толпа ждущая подарков, и именно это поле часто ошибочно идентифицируют как «поле гуляний».

Основная катастрофа произошла примерно в левой части прямоугольника «Место выставки». Там к маю 1896 года образовался ров, шириной до 60 м и глубиной до 5 м ближе к Петербургскому шоссе, и сходящий почти на нет там, где сейчас главный вход в Боткинскую больницу.

К вечеру 17 мая толпа стала заполнять ров, вдоль которого было построено большинство киосков с гостинцами, заходя в него с южной стороны, где он был почти вровень с землей. Полотно железной дороги к бывшей выставке так и не было до конца убрано за год с лишком подготовки к торжествам и обрывалось при встрече с южной стороной рва.

Подойти к «полю гуляний» можно было как со стороны Москвы, то есть со стороны Тверской улицы, переходящей в Петербургское шоссе, так и со стороны Ваганьково и Всесвятского. Подходы со стороны Ваганькова и Всесвятского ничем не были ограждены, кроме зеленых насаждений. Не было там и рвов с канавами, да и подходить можно было через окружающий лесок по всей ширине поля, поскольку в России дороги даже вблизи столиц зачастую обозначают только направление. Направлением, собственно говоря, было и Петербургское шоссе, начиная, во всяком случае, с Беговой улицы, и многие, сворачивая с него, также шли к месту гуляния просто по земле по территории бывшей Выставки.

Русского человека, отмеченным еще Суворовым принципом которого является: «по колено в грязи, но на аршин короче», не смущали на этом пути многочисленные неровности от фундаментов демонтированных павильонов.

Не смущало и то, что в конце пути дорогу ему преграждал изрытый ямами и рытвинами, с не засыпанным колодцем, ров.

Предварительное расследование

Согласно показанию Следствию помощника Бера гражданского инженера Николя, ответственного за планировку поля гуляний, составленная им планировка повторяла таковую Коронации 1883 года.

Однако показания Николя опровергаются данными следствия. Прежде всего, это касается как формы площади выбранной для гуляния, так и расположения буфетов с подарками на этой площади. Так, площадь для народного праздника была круглой в 1883 году и квадратной в 1896 году. Расположение буфетов было также близким к круговому в 1883 году, причем лишь небольшая их часть расположена был в тот раз со стороны Москвы.

В 1896 году, напротив, подавляющее большинство буфетов (120 из 150) «были расположены со стороны Москвы, вдоль оврага, изрытого ямами и имеющего на дне колодец». Как писал очевидец: «Ров... тянется на протяжении более полуверсты, как раз вдоль буфетов, и перед буфетами имеет во все свое протяжение площадку, шириной от 20 до 30 шагов. На ней-то и предполагалось, по-видимому, установить народ для вручения ему узелков и для пропуска вовнутрь поля».

Как видим, «поле гуляний», усилиями «Особого Установления», для идущего со стороны Тверской заставы народа представляло род укрепленного замка, огражденного рвом. А за рвом, подобием крепостной стены возвышалась линия, соединенных между собой буфетов.

Остальные буфеты образовывали с этой линией из 120 буфетов прямой угол, вытянувшись параллельно Петербургскому шоссе по направлению к Петровскому замку. Этот «угол жесткости» собрал значительную часть жертв из числа разбившихся. И что любопытно, «Особое Установление» приложило все усилия, чтобы именно здесь сконцентрировалась основная толпа.

Флэшмобы не вчера родились

Удивительно, что описание скромного коронационного подарка (в подарочном платке с царскими портретами работы Прохоровской мануфактуры были завернуты сайка, кусок колбасы, пряник, а к сему прилагалась красивая эмалированная кружка с инициалами Государя) и насыщенной и интересной программы увеселений не было своевременно размещено в газетах.

Между тем, есть основания считать, что вовремя ознакомившись с тем, что надлежит получить гостям праздника «материально» и «духовно», многие могли бы предпочесть «духовную составляющую», разнообразием и интересностью во много раз превышающей «материальную». А тем самым не скопляться за сутки в надежде получить копеечный по существу сувенир.

Напротив, главой Особого Установления Бером, по свидетельству А.С. Суворина, неоднократно проводилась в газетах «реклама» коронационных кружек[4]. Образцы последних были выставлены также в витринах многих московских магазинов. Все это способствовало нездоровому ажиотажу вокруг «материальной составляющей» коронационного праздника на Ходынке.

В газетах, также по поручению Особого Установления, было напечатано, что собираться к «полю гуляний» надо именно со стороны Тверской заставы, то есть именно с той стороны, где линия киосков над глубоким оврагом, или скорее рвом, напоминала стену укрепленного замка.

Уже после случившейся трагедии, было отмечено, что если бы народу предложено было собираться со стороны, например Ваганькова, или, тем более Всесвятской рощи, где не было рва, то давки со смертельными исходами удалось бы избежать[5].

Такая подготовка подхода и сбора ожидаемой толпы удивительным образом напоминает то, что именуется сейчас флэшмобом и смартмобом. Флэшмоб - это технология собирания толпы, а смартмоб - это цель и смысл такого собирания.

Из сказанного выше, видим, что «на газетном уровне», дополненном слухами, все необходимые условия флэш- и смартмоба для Ходынки выполнены. Люди знали, где собираться, и для чего. А то, что их ожидания не осуществились, так и в настоящее время никто эти ожидания из мастеров флэшмобов и не собирается исполнять.

Оперативности нынешней, понятно, не было. Зато и качество подготовки было на высоте. Похоже, что хорошо подготовленные и оплаченные специалисты ситуации на живых моделях отрабатывали. Взять хоть то же «9 января», именуемое «Кровавым воскресеньем». Типичный случай «флэш-» и «смартмоба».

Не удивлюсь, если подробности лондонской катастрофы на золотом юбилее Виндзорской вдовы так хорошо засекречены именно потому, что и послужили для отработки соответствующих технологий.

Помощь Москвы - проигнорировали

Отметим также, что начальник Особого Установления Бер отверг помощь со стороны властей города, предлагавшуюся ему лично московским городским головой К.В. Рукавишниковым. Также им были проигнорированы мнение городского головы о возможной численности участников гуляний и его советы по обеспечению безопасности гуляний. В конечном итоге переговоры главы «Особого Установления» с городским головой перешли в разлад до такой степени, что Бер не прислал Рукавишникову приглашение на трибуну, и городской голова на праздник не поехал.

Отказ руководства, как Министерства Двора, так и собственно «Особого Установления» от помощи со стороны московских властей подтверждается, в частности, Министром Внутренних Дел Иваном Логгиновичем Горемыкиным.

Еще раз о «принципе прецедента»

Засыпать же ров и вовсе не входило в намерения «Особого Установления»! Как простодушно показал архитектор Николя, ров этот, как и полагается крепостному рву, должен был сдерживать напор трудящихся на киоски с подарками[6].

Отказ «Особого Установления» от намерения засыпать ров своими силами, или с привлечением помощи московских городских властей, помощи, которую Москва сама предлагала, говорит о многом.

В частности, он свидетельствует о том, что привлекать войска и усиленную охрану Ходынского поля, как на коронации 1856 и 1883 годов, отнюдь не входило в изначальные планы «Установления», чтобы потом ни говорилось по этому поводу.

Хотя «обеспечение порядка» на празднике, было прямой обязанностью Особого Установления (п. 4). Предполагалось обойтись именно природными препятствиями, как, в конце концов, и произошло. Да и раздавать гостинцы, решено было не в 6 утра, как на прошлой коронации, а в 10. Чтобы хорошо выдержанный в ожидании народ больше оценил подарок и угощение.

То есть «принцип прецедента», на котором настаивал сам Император, был благополучно нарушен и в этот раз.

По настоянию Бера была изменена также форма киосков: с шестиугольной, без острых углов в 1883 году, на пятиугольную в 1896. Причем острый угол смотрел в сторону подходящего народа.

Неосознанная тайна

До сих пор не понятой и неосознанной тайной Ходынской катастрофы является то, что произошла она отнюдь не в 6 часов утра, когда «толпа вскочила вдруг как один человек и бросилась вперед с такой стремительностью, как если бы за нею гнался огонь».

Катастрофа произошла на несколько часов раньше, когда около часа-двух ночи, концентрация народа во рву практически мгновенно достигла такой степени, что здоровяк Гиляровский, начавший по счастью для себя выбираться оттуда по направлению к Бегам, когда еще можно было идти между скопившихся там людей, не смог дойти до выхода изо рва будучи стиснут толпой. И простоял там, задыхаясь от тесноты и от испарений толпы в душную безлунную ночь, до трех часов, когда рассвело, наблюдая, как вокруг умирают более слабые.

Спасло его то, что он почти успел подойти к менее глубокому краю рва, где прибывшие солдаты и казаки, как только стало хоть что-то видно стали конями и руками разбивать толпу, спасая кого еще можно было. Только это позволило ему выбраться из рукотворного ада, и прийти в себя после обморока на траве Беговой аллеи. Не позже четырех часов утра.

Можно провести несложный подсчет.

По приводимым данным площадь рва составляла порядка тридцати тысяч квадратных метров. В той давке, о которой единодушно говорят все уцелевшие, на квадратном метре помещалось порядка четырех человек. Итого сто двадцать тысяч человек только во рву. Если допустить всего один процент смертности от тесноты и духоты, то получим тысячу двести человек. Это до всяких бросков толпы к будочкам с подарками.

Кстати, даже в Википедии, в статье о Ходынской давке подчеркивается, что «по современной медицинской терминологии причиной смерти большинства пострадавших была компрессионная асфиксия». А отнюдь не разбивание голов в броске на киоски. Следователь по особо важным делам Кейзер, равно с другими свидетелями говорит, что толпа была настроена мирно. Другое дело, что она уже не была и не могла быть управляемой.

В действие вступили законы тогда еще не созданной науки - охлодинамики. Науки о поведении толпы в экстремальных условиях.

Нет сведений из первых рук

Еще одной из незамечаемых загадок Ходынки является то, что ни документальных свидетельств о подготовке к празднику, ни достоверных сведений из первых рук, о случившемся при начале раздачи подарков нет. При наличии сотен тысяч участников.

Как отмечено в «Постановлении по делу о Ходынской катастрофе», в архивах Министерства Двора не сохранилось документальных свидетельств об утверждении Министром Двора плана гуляний ни за 1896, ни за 1883 годы. Отметим, что Министром Двора во время обеих коронаций был граф Воронцов-Дашков.

Что касается свидетелей, то почему-то считают свидетелем Гиляровского. Для всех времен и народов. Но из текста его Воспоминаний прямо следует, что он смог вырваться из ловушки рва не позже трех с небольшим часов утра. В чем каждый может убедиться самостоятельно.

А все впечатляющие описания в его статье в «Русских ведомостях» от 20 мая: раздирающие душу стоны, затоптанные и раздавленные в продолжение «не более десяти мучительнейших минут...», все это могло быть записано им исключительно с чужих слов. Прежде всего, со слов первого сообщения Министерства Двора в Правительственном Вестнике от 19 мая 1896 года.

Странно, что это не понял пока никто за сто лет. Напротив, статья и воспоминания «дяди Гиляя», стали каноном, который, не утомляя себя разбором подробностей и частностей, цитируют в качестве свидетельства очевидца все кому не лень.

Что самое интересное, более достоверные свидетельства действительно отсутствуют. Разумеется, простых участников ночной давки, уцелевших в ней, достаточно много. Но четко сказать о времени и порядке событий никто из них, по вполне понятным причинам не мог. Так же как никто из них не смог бы сказать, где нашли свою смерть большинство жертв.

Не надо народ баловать!

Судебный следователь Московского окружного суда по особо важным делам Павел Федорович Кейзер в своем «Постановлении» от 7 июня определяет число раненых в 1 300 человек, и число убитых в 1 389. Тем не менее, есть все основания доверять именно первым числам в 1 300 погибших и порядка 500 раненых. Действительно, когда уже на другой день после катастрофы Государь посетил раненых в больницах, их число не превышало уже 200. Остальные разошлись по домам, смазав ссадины йодом.

Однако, как только стало известно, что великодушный Государь выделил пострадавшим семьям по 1 000 рублей единовременно, а на всю жизнь пособие, которое эти семьи получали до Февраля 1917 года, число раненых стало резко расти, дополняясь даже новыми убиенными.

Понять страдальцев можно. 1 000 царских русских рублей образца 1896 года соответствуют сейчас примерно сумме, равной по разным оценкам от 100 000 до 250 000 нынешних долларов. Представим на секунду, что наше сегодняшнее руководство вдруг сошло с ума. И вместо присущей ему щедрости либерально-демократической, проявило бы подобную Царскую щедрость по отношению к семьям погибших - по прямой вине государства - в катастрофах наших дней...

Боюсь, что население, например, московского мегаполиса, сократилось бы до своих дореволюционных размеров максимум в неделю. Исключительно за счет желания москвичей поправить дела заботой о ближних. В 1896 году население было в массе своей все же православным и богобоязненным, но соблазн, согласитесь, был велик.

Так что число в 500 раненых представляется самым близким к истинному, что само по себе совершенно иначе расставляет акценты в Ходынской трагедии.

Народа было не столь много

Теперь о том, что число собравшихся вряд ли достигало к моменту начала раздачи подарков даже и четырехсот тысяч человек. Говоря о полумиллионе и даже миллионе, обычно подчеркивают, что киоски с подарками были сметены и очищены за какие-нибудь десять-двадцать минут, и что многим де уже тогда подарки не достались.

Однако по свидетельству «участника» Ходынки московского мастерового Василия Краснова, чей «Рассказ не до конца растоптанного» пользовался популярностью как до, так и после революции с точки зрения обличения «кровавого царизма», подарки эти были в свободном доступе еще в 12 часов дня 18 мая.

Василия действительно сильно приложили о будки в момент их штурма со стороны поля, и он долгое время пролежал на этом поле без сознания. Когда он очнулся был день: «Близко около меня, рядом, сидел на лужайке грузный татарин.... У его ног лежал узелок с гостинцами, и он ел пряник и пирожок, кусая их по очереди, запивая из кружки медом... Я попросил его дать мне попить, он подал меду из своей кружки. У него уцелела даже цепочка часов. Спрашиваю, сколько времени. - Двенадцать часов.

- На мои жалобы, что вот, мол, меня смяли, а я ничего не получил, татарин пошел и вскоре принес мне узелок гостинцев и кружку из будки».

Вопросы есть? Так что проблема Ходынки не в том, что народа было намного больше, чем, скажем, в 1883 году, а том, что народ этот был весьма умело и загодя настроен и должным образом размещен.

400 000 подарков в 23 минуты

И ведь самое-то по-человечески обидное, что независимые эксперты, привлеченные предварительным следствием, единодушно признали, что при всех недочетах формы самих буфетов, их расположения и подходов к ним, «правильными и своевременными мерами регулирования движения толпы» могла быть устранена опасность для человеческих жизней.

Именно, «если бы толпа была правильно распределена к имевшимся 150 проходам, возможно, было пропустить на площадь гулянья 18 000 человек в минуту или 540 000 человек в полчаса, т.е. раздать заготовленные 400 000 подарков в 23 минуты».

Но для этого, согласитесь, надо было, по крайней мере, за сутки до собственно раздачи подарков, расставить постоянные караулы для осуществления тех самых «правильных и своевременных мер регулирования движения толпы».

То есть в полной мере выполнить пункт четвертый из основного перечня обязанностей «Особого Установления». Или, если самим было слабо, воспользоваться услугами городских властей, как тщетно предлагал главе Особого Установления действительному статскому советнику Беру московский голова Рукавишников.

Даже не засыпанный бы ров не помог

И сейчас мы переходим к самому важному. Дело в том, что все перечисленные усилия Особого Установления по нарушению «принципа прецедента», были бы втуне, даже не засыпанный ров не помог, если бы продолжало стоять на своем месте украшая въезд в Первопрестольную, главное выставочное здание Москвы на протяжении почти полутора десятилетий, грандиозное наследие Выставки 1882 года - «павильон-звезда» (рис. 2).





Рис. 2. Выставка 1882 года. На первом плане павильон-звезда.

Именно этот павильон и занимал почти 15 лет место, обозначенное на рис. 1 как «Место Выставки». Останься он на месте, то и народу негде было бы расположиться, и освещено все было бы от Бегов до Петровского замка.

Но вдруг, - перед самой Коронацией - бессмысленный и дорогостоящий демонтаж этого чуда промышленного модерна конца XIX века, площадь помещений которого составляла почти 6 гектаров, т.е. 60 000 кв. метров, а длина крытых галерей была близка к километру, и перевоз его «в целях экономии государственных средств» на выставку в Нижний Новгород.

Занимавшиеся этим вопросом современные специалисты по архитектуре, свидетельствуют, что экономической целесообразности в этом переносе выставочного монстра за сотни верст, во всяком случае, не было, был сплошной убыток, «а Москва лишена была полезного и, можно сказать, необходимого ей здания для различных выставок.

Москва потеряла не только постоянное выставочное помещение, но и хорошо оборудованную выставочную территорию».

Предполье катастрофы

Но Москва потеряла гораздо больше, чем выставочное помещение и выставочную территорию. Навсегда с празднично-выставочной-парадной Ходынкой оказался связанным привкус катастрофы. Об экономической целесообразности переноса гигантского павильона уже было сказано: сплошной убыток. Про ущерб нанесенный эстетике Первопрестольной в пред-коронационные дни умолчим. С этих двух точек зрения, полный маразм.

А вот как подготовка и организация предполья катастрофы - блестяще! Одним махом освободилось место, где могли собираться и концентрироваться «материалисты», жаждущие разрекламированных загодя «царских гостинцев».

То, что земля, на том месте, где стоял циклопический павильон, была в ямах и рытвинах от извлеченных опор фундамента, служило отличной маскировочным эффектом для тех, кто подбираясь к ларькам с подарками оказывался в том самом рву. После ям и колдобин от бывшего фундамента забраться в него можно было вполне нечувствительно. Тем более, что он был широк, понижался в сторону Петербургского шоссе постепенно и вначале мог показаться частью того же поля: так же сидел и ходил народ, также горели костры. Также играли гармошки, звенели песни, люди пели и плясали. Было празднично и весело.

Именно своевременным демонтажем павильона было создано предполье катастрофы, с точкой конденсации людской массы - рвом. Место, где приняло смерть подавляющее большинство жертв Ходынской драмы.

Как спрятать мертвый лист?

Обратим свое внимание еще на два момента.

Если бы Особое Установление вынесло длинный ряд из 120 киосков еще на 20-30 шагов ближе ко рву, к самому краю его, то никаких жертв, кроме задохнувшихся во рву не было бы, поскольку взбираться к буфетам можно было бы только поодиночке, и давку у самих киосков организовать было бы просто некому.

Если бы, с другой стороны, ров был хотя бы как-нибудь, но засыпан вровень с остальным пространством на месте бывшего «павильона-звезды», то эффекта также никакого бы не было; народ на огромном пространстве бывшей Выставки распределился бы сравнительно равномерно, и терпеливо бы дождался 10 утра. Поскольку число погибших от давки и духоты в этом случае было бы близко к нулю.

А толпа, подчеркнем вновь, по всем данным следствия была настроена мирно.

Второй вариант, очевидно, не годился тайным организаторам катастрофы. Но и первый был плох. Некому было бы кидаться на киоски. Из 6-метрового рва на штурм не бросишься.

В реалиях утра 18 мая 1896 года на киоски бросились только те, кто стояли на сравнительно ровном участке поверхности шириной в 20-30 шагов между линией киосков и краем рва. В некоторых местах это пространство суживалось до 5-7 шагов. Поместиться на нем могло порядка 10, вряд ли 20 тысяч человек. Плотность здесь просто не могла быть той, что во рву - избыточные падали бы обратно в ров. А еще около полуночи, как свидетельствует тот же Василий Краснов, между будками можно было пробраться на поле гуляний.

Вот эти несколько тысяч и участвовали в 6 утра в штурме киосков, столкнувшись при этом с немногочисленными пробравшимися на поле гуляния. Но те, плотной массы не образовывали, и к киоскам кинулись только при криках: «Дают!».

Сшибка этих масс и дала те примерно 100 разбившихся о киоски и порядка 400-500 раненых.

Говорить о том, что «миллионная» толпа, собравшаяся на месте бывшего павильона-звезды, бросилась на штурм киосков по головам стоявших во рву, даже не бред, а полный идиотизм.

Было уже светло, и представьте, стоите вы на краю 4-6 метрового обрыва, заполненного внизу людьми. Под вами на глубине 3-5 метров лес голов. Попробуйте пробежаться по нему хотя бы мысленно!

И наконец, если бы «миллионную» толпу согнали бы все же, скажем пулеметами, в этот ров и далее на «штурм» ларьков, то число жертв, исчислялось бы в этом случае не тысячью, а сотнею тысяч. Именно столько людей стояло, стиснутое во рву и было бы затоптано «миллионною» толпою.

Что же было в 6 утра

Наиболее реально картина столкновения при начале раздачи в 6 часов утра восстанавливается в следующем виде. На киоски навалилась толпа, стоящая между ними и краем рва, столкнувшись при этом с теми, кто ринулся со стороны поля. Здесь и раздались те, описываемые всеми свидетелями крики, стоны, треск ломающихся досок и костей. Освободившееся пространство перед киосками стали заполнять выбиравшиеся с левой мелкой стороны рва и справа, со стороны Петербургского шоссе.

Поскольку и при нормальном раскладе на раздачу подарков четыремстам тысяч человек требовалось 23 минуты, то примерно за это время все и произошло и закончилось. Без дополнительных жертв. Тем паче, раздали не все подарки. Выше уже отмечалось, что и несколько часов спустя они все еще были в свободном доступе.

Наличие разбившихся о киоски были абсолютно необходимо, для того, чтобы придать тщательно подготовленной катастрофе оттенок спонтанности. Прикиньте сами. Какие выводы могли быть бы сделаны, если наличествовали только погибшие во рву от компрессионной асфиксии?

Это что же получается, господа? Стоял себе народ, мирно стоял. Полиция даже не требовалась. И вдруг вымер, в количестве более тысячи. «Это ведь редко какая битва столько жертв уносит!», восклицает в своем дневнике Алексей Сергеевич Суворин. И в данном случае его голос - глас большинства.

Так спрашивается, где стоял? Почему стоял?

Могли дойти и до павильона демонтированного, и стоимость перевозки его и возведения на новом месте оценить. Последнее конечно, вряд ли. Не 1937 год все же. Во врагов народа, по наивности тогда не верили.

Тем не менее, за неосторожную фразу об этом, сказанную на Нижегородской выставке через три недели после событий утра 18 мая, известным болтуном и фанфароном дядей Гиляем за веселым завтраком «под веселой козой», в присутствии чиновников Министерства Финансов, вылетел дядя Гиляй как миленький в три дня с выставки. Освещать ее достижения народам Поволжья и Северного Кавказа. Хорошо хоть командировочные оформили «по-генеральски». «Кто-то» очень не желал, чтобы подобная версия получила право на существование. Даже в шутейном разговоре.

Сам того не подозревая, Гиляровский, судя по всему, попал в «десятку». И ведь по сути, впервые в дружеском разговоре выразил свои искренние личные впечатления от «Ходынки». От смертного ужаса стояния во рву.

В отличие от своей знаменитой статьи в Русских ведомостях, где он вслед за Министерством Двора повторяет сказку, в которой основные жертвы приписаны броску толпы к киоскам в момент начала раздачи в 6 утра. Эти «десять мучительнейших минут» около 6 утра, - как времени наибольших жертв Ходынки, - и вошли потом и в народный эпос и в энциклопедии.

А вот истинные причины, методы организации катастрофы и главные ее виновники до сих пор не стали субъектами не только следственного, но и какого-либо иного рассмотрения.

Явление Витте

И уж совершенно избежал пристального внимания к себе один из главных реальных фигурантов по делу о Ходынской катастрофе наш известный и талантливый финансист Сергей Юльевич Витте, будущий граф Полусахалинский.

Следует честно признать, что вначале в «деле о Ходынке», Сергей Юльевич попал мне в поле зрения исключительно как один из свидетелей. И только когда большая часть этого «исторического расследования» была уже завершена, почти неожиданно для меня самого стал соучастником.

Уже описаны были деятели и московской и петербургской «команд», проанализированы сходные катастрофы. То, что Ходынка не случайность, было очевидно из общего анализа, включая даже сравнительные «графики подготовки» французской и русской революций. Но «внутренний голос» подсказывал, что какой-то важный фактор ускользает от внимания, оставаясь неучтенным.

И тогда, пришлось на новом витке вернуться к реконструкции Ходынки. Пришлось подробнее рассмотреть картографию «Ходынки», а заодно и Всероссийскую выставку 1882 года, которая все время каким-то боком влезала в повествование.

Вот тут и столкнулись мы с Гиляровским в «веселой козе», и только после этого, кстати, стал окончательно понятен маршрут его вечерне-ночной прогулки по Ходынке, и по какому именно полю он ходил в своих Воспоминаниях. И стало ясно также, где между Бегами и «полем гуляний» смогли расположиться стотысячные толпы первопроходцев Ходынки. На месте, освобожденным для них стратегическим тщанием граф Витте.

Но может это была все же злосчастная случайность?

И тут в памяти возникли «причалы Дальнего»...

Трагедии Ходынки и Порт-Артура - родные сестры

Дело в том, что, очень похожая «случайность» вновь повторилась спустя несколько лет. И стала едва ли не главной причиной падения русской дальневосточной твердыни - крепости Порт-Артур[7].

Приведем конкретику по подготовке Порт-Артура к обороне.

Трижды урезали и сокращали

Занимая относительно выгодное положение, Порт-Артур был плохо оборудован как база для Военно-Морского флота: внутренняя гавань для стоянки кораблей была тесна и мелководна и имела всего один выход, причем очень узкий и мелкий. Внешний рейд, совершенно открытый, был опасен для стоянки кораблей. Не хватало доков и складов.

Кроме того, Порт-Артур не был достаточно защищен с суши и с моря.

Устройство в Артуре сухопутной крепости с солидными сооружениями и сильным гарнизоном, которая могла бы быть оплотом всей нашей тихоокеанской эскадры, и была бы способна выдержать продолжительную осаду превосходных сил противника, было решено принципиально вслед за занятием этого пункта, в марте 1898 года.

Проект обороны Порт-Артура трижды урезали и сокращали.

Линию укреплений, настоянием Военного Министра Куропаткина все приближали к городу, а значит к военно-морской базе. По самому экономному проекту обороны на строительство укрепрайона требовалось 15 млн. рублей и требовалось их освоить не позже, чем к 1903 году. К 1904 году Министр Финансов Витте счел возможным выделить из этих средств меньше трети, растянув при этом строительство сооружений до 1910 года.

Усилиями Витте и Куропаткина морская база и крепость строились чрезвычайно медленно. К февралю 1904 года на приморском фронте было возведено всего 9 батарей долговременного типа и 12 временных. Еще хуже обстояло дело со строительством на сухопутном фронте. Там были окончены только один форт, три временных укрепления, три литерные батареи и находились в процессе постройки три форта, одно укрепление и одна литерная батарея.

Строительство остальных объектов не было даже начато. К началу войны крепость имела на вооружении готовых к действию всего 116 орудий, в большинстве своем устарелых образцов, из них на морском направлении 108, а на сухопутном только 8!

Вместо 542 орудий по табели[8].

«Ахиллесова пята» Порт-Артура

Но самое главное: в структуру крепостных укреплений усилиями того же Витте была, как бы вмонтирована изначально «ахиллесова пята» Порт-Артура.

Инженер-полковник Константин Величко, автор проекта оборонительных сооружений Порт-Артура, представил смету на сооружение крепостных верков, рассчитанных на 11-дюймовый калибр (279 мм).

Министр Финансов Витте приказал сократить эту смету почти вдвое - и ограничиться укреплениями, рассчитанными на 6-дюймовый калибр. Военный Министр генерал Куропаткин не возражал.

Действительно, зачем такая перестраховка? При тех дорогах, которыми располагала на 1900 год потенциальная армия вторжения и осады Порт-Артура, орудия тяжелее 6-дм подвести к линии обороны крепости было не реально. Разрушить же форты и расстрелять эскадру, калибром в 6-дм было технически невозможно, на что и упирали господа Витте и Куропаткин, мотивируя для Государя приближение линии обороны к городу и базе, и сокращение толщины стен порт-артурских фортов и дотов.

Дело в том, что 11-дюймовые орудия - это целые инженерные сооружения невероятной тяжести и абсолютной нетранспортабельности. Доставить к Порт-Артуру даже чисто теоретически можно было только следующим путем: сначала морем из Японии, или откуда там еще. Выгрузить их на хорошо оборудованные глубоководные причалы, и далее - только железнодорожным путем.

Поскольку в 1900 году, когда был утвержден Государем проект Величко, ближайшие порты и железные дороги, которыми могли воспользоваться японцы были только в Корее и даже до ее северной границы с нами близко не доходили, вероятность доставки их к предполагаемому месту боевых действий граничила с нулевой. И в принципе ее можно было не учитывать.

Поэтому все предыдущие действия Министров Военного и Финансов, при всей вредоносности и злонамеренности, решающей роли в падении Порт-Артура бы не сыграли. От 6-дюймовок русский солдат и матрос отбились бы. Стояли, если бы приказано было, хоть до сих пор.

Но именно 11-дюймовым японским снарядом, пробившим на форте N 2 бетонную плиту, рассчитанную на 6-дюймовый снаряд, был убит 2 декабря 1905 года главный защитник Порт-Артура генерал Роман Исидорович Кондратенко.

Именно 11-дюймовые снаряды гигантских японских мортир, установленных на высотах, окружающих русскую Военно-Морскую базу, потопили могучие русские броненосцы, запертые в ловушку Порт-Артурской гавани.

Убийца Порт-Артура

Трагедией для Порт-Артура стало то, что к началу войны порт, с глубоководными, прекрасно оборудованными по последнему слову техники причалами построен был!

В непосредственной близости от него.

В 35 верстах к северу от Порт-Артура усилиями Министра Финансов Российской Империи С.Ю. Витте возник коммерческий порт и город Дальний, который Антон Керсновский назвал убийцею Порт-Артура[9].

Строительство Дальнего обошлось казне по разным оценкам от 20 до 43 миллионов рублей!

Последнюю цифру, как наиболее правдоподобную указал журнал «Морской сборник» в 1922 году[10]. Почти эту же цифру приводит в своих дневниках многознающий Суворин, добавляя при этом, что немалую сумму из них положил себе в карман родственник второй жены Витте, некий инженер Югович[11]:

«Дальний стоил 42 миллиона».

Деньги брались из урезанных кредитов на армию и флот. Только на тех же фортах и редутах Порт-Артура, хозяйственный Витте сэкономил из отпущенных пятнадцати - десять миллионов рублей!

Нерасчетливость и мечтательность?

Но самое любопытное, что экономически Дальний себя никоим образом не оправдал. Как не оправдал себя в свое время перенос павильона-звезда.

Вот что пишет о Дальнем Б.В. Норригаард, представитель лондонской газеты «Дэйли Мэйл» в осаждающей Порт-Артур японской армии, автор известной книги «Великая осада. Порт-Артур и его падение»: «Дальний вырос вполне готовым к жизни гораздо скорее, чем вырастающие как грибы американские города.

Город был основан по мысли одного человека и выстроен по одному его слову. Несколько рабочих лачуг в первом году, хаос леса, кирпичей и известки в течении второго года, а в конце третьего - красивый город с отлично распланированными и хорошо вымощенными улицами.





Дальний в 1903 году. Очень миленький городок и для наших дней. В натуре.

Не сравнишь с Порт-Артуром

В нем появились сады и парки, водопроводы и электрическое освещение, уютные, чистенькие виллы и монументальные казенные здания, две хороших гостиницы, собор, доки, молы и гранитная набережная; таков стал Дальний -... какой-то вихрь жизни, искусственный рост, какого не знает история...».

Только стоимость волнолома для защиты судов от волнения составила, по словам Норригаарда, три миллиона фунтов стерлингов! В переводе на русские деньги - 19 млн. рублей золотом[12]!

В четыре раза дороже, чем стоили все неоконченные укрепления Порт-Артура!

И при этом город был пуст. Собственно это и по фото видно. Вся торговля, по-прежнему шла через Порт-Артур. Норригаард объясняет это нерасчетливостью и мечтательностью товарища Витте. Его экономической, так сказать, бездарностью!

Вот так. Стоял себе шикарный свежеотстроенный город с 19 миллионно-рублевым молом и чего-то ждал. И дождался, конечно.

Хороший экспромт должен быть тщательно организован!

Когда Антон Керсновский говорит, что Дальний убил Порт-Артур, то это имеет не фигуральный смысл и не метафорическое значение.

11-дюймовые монстры, превратившие в бетонную пыль форты и редуты Порт-Артура, и прицельно расстрелявшие с окружающих город и порт высот 1-ю Тихоокеанскую эскадру были доставлены к Порт-Артуру именно благодаря использованию прекрасно оборудованных, снабженных всем необходимым погрузочно-разгрузочным оборудованием, глубоководных причалов Дальнего.

Загодя возведенных стратегическим тщанием графа Витте.

Умные люди - все продумывают загодя. Особенно такого математического ума, который все отмечали у блестящего и незаурядного Министра Финансов.

Хороший экспромт должен быть тщательно организован!

Совершенно аналогичную картину мы видим с организацией катастрофы Ходынки.

Круг замкнулся.

Подведем итоги

В шесть часов утра 18 мая 1896 года на Ходынском поле на линии киосков с подарками произошло отнюдь не то, что принято считать Ходынской катастрофой или трагедией Ходынки.

Произошла не катастрофа, уже на самом деле имевшая место, а более или менее грамотное, сокрытие ее истинных следов и масштабов.

Более чем на 100 лет «мертвый лес» Ходынки был спрятан за ее «мертвыми листьями».

Борис Галенин, историк, писатель, член Попечительского Совета Войсковой Православной Миссии

Первая публикация: Галенин Б.Г. Неизвестная Ходынка // На службе у России. Великий Князь Сергей Александрович. Материалы научн. конференций 2011-2012 гг. М.-СПб.: Фонд памяти Великого Князя Сергея Александровича, 2013. С. 96-127.



--------------------------------------------------------------------------------

[1] Епанчин Н.А. На службе трех императоров. Воспоминания. /Научное редактирование А.Г. Кавтарадзе. - М., 1996. Примечание на стр. 554 к следующему тексту Епанчина на стр. 233: «О Ходынке написано много, но я ограничусь немногим. Приведу мнение статс-секретаря графа Палена, который производил расследование. Он считал главным виновником великого князя Сергея Александровича, как генерал-губернатора».

[2] Воронихин А.В. Министр Императорского Двора и Уделов граф И.И. Воронцов-Дашков. //Есть в инете.

[3] Слюнькова И.Н. Обстоятельства Ходынской катастрофы. Новые документы и исследования. //Доклад на открытой научной конференции памяти Великого Князя Сергея Александровича. - Москва. 12 мая 2012 года.

[4] Суворин. Дневник. - М.: Новости, 1992. С. 126. Запись от 18 мая. Фамилию Н.Н. Бера Суворин пишет через «э», а инженера Николя и вовсе именует Николиным.

[5] «Если бы нам сказали: от Ваганьковского, мы и оттуда бы пошли, нам все равно, там этих ям нет, и там во время раздачи было просторно». //Суворин. Дневник. С. 128-129. Запись от 19 мая.

[6] Архитектор Николин (Николя. - Б.Г.), строивший буфеты, показал, что ямы во рву нарочно не зарывались, чтоб они сдерживали народ. //Суворин. Дневник. С. 134. Запись от 30 мая. В воспоминаниях о Ходынке Георгия Иванова, эти слова приписаны самому Беру, но учитывая, что Иванов писал их в 1933 году, переписывая часто тот же Дневник Суворина, то мнение Суворина более «аутентично».

[7] Галенин Б.Г. Цусима - знамение конца русской истории. Скрываемые причины общеизвестных событий. Тт. 1,2. - М.: Крафт+, 2009, 2010. - 784, 760 с.

[8] Краснознаменный Тихоокеанский флот. Изд. 3-е, испр. и доп. - М.: Воениздат, 1981, с.31; Сорокин А.И. Оборона Порт-Артура. - М.: Воениздат, 1952, с. 33.

[9] Керсновский А.А. История русской армии в 4-х томах. Т. 3. - М.: Голос, 1994.

[10] Горбовский Л. Морские деятели старого режима и их деятельность в освещении графа С.Ю. Витте. //Морской сборник. 1922, № 5-7, с. 296.

[11] Суворин А.С. Дневник. - М.: Изд-во "Новости", 1992. С. 372 /Югович/, с. 456 /стоимость Дальнего/.

[12] Норригаард Б.В. Великая осада (Порт-Артур и его падение). Перев. с англ. - СПб.: Изд. М.А. Леонов, 2004, с. 5-8. Фунт стерлингов, или соверен был равен на 1900 год 6,307 руб. золотом.

--------------------------------------------------------------------------------
     
Другие статьи этого автора12.04.2014 | О концепции нового учебника истории

04.04.2014 | К столетию Великой войны

28.12.2013 | В массовом сознании продолжает существовать лживый образ Царя Иоанна Грозного

15.11.2013 | Европа и Россия - степень жестокости равна степени отхода от Христа
Доклад на круглом столе, посвященном Царю Иоанну Грозному

02.03.2013 | Воссоздатель Русской народной школы
Сергей Александрович Рачинский

28.02.2012 | Борис Галенин: Россия должна вернуться к своим истокам - Святой Руси
Как остановить «демократию» и «оранжевые революции»

02.11.2010 | Осмысление русской истории в свете Православия как противостояние ее фальсификации
Доклад на конференции «Научный православный взгляд на ложные исторические учения»

27.05.2006 | Цусима. К вопросу о...

все статьи автора

Отредактировано Zlata (06-05-2014 09:13:03)

23

Михаил Лунин. Воссоединение руссов     
Автор - публикатор     
07.05.2014 г. 
   
В настоящее время руссы представляют собой самый большой разделенный народ в мире. Основной причиной такого трагического положения стал развал Советского Союза, который привел к появлению новых государств, где руссы оказались или в положении национального меньшинства (Средняя Азия, Закавказье, Прибалтика), или в условиях гнета этнической химеры (Украина), или в рамках отдельного государства (Белоруссия, Российская Федерация).   Дальнейшее существование руссов, в условиях агрессивного натиска Запада, возможно только в рамках единого государства, которое обеспечит отпор агрессии и сохранение русского народа. Для достижения этой цели необходимо скорейшее воссоединение государств, где большинство населения составляют руссы, то есть Российской Федерации, Украины, Белоруссии. Основным препятствием на пути воссоединения в данный момент является политическая догма о мнимом существовании трех отдельных народов: украинцев, белорусов, русских. Это представление навязано конкурентами России для осуществления раскола нации.
Образование руссов произошло в начальный период Киевской Руси в результате слияния  племен населяющих её территорию. После распада единого государства Русь подверглась нападению, как с Востока (монголы), так и со стороны Запада (немецкие ордена). Для отражения натиска на Русь было необходимо объединение княжеств. Оно началось вокруг Москвы и Литвы. Москва, пользуясь полученной от хана великокняжеской властью, стала центром сбора налогов, что позволило ей сосредоточить в своих руках огромные финансовые ресурсы. Это позволило ей не только покупать новые земли, но и создать мощную военную силу, которую она использовала для присоединения враждебных княжеств.

В южной Руси такое же объединение происходило вокруг Литвы, которая в результате присоединения русских земель превратилась в большую державу. Её возвышение было вызвано, как добровольным подчинением князей Южной Руси для обеспечения безопасности от набегов Орды, так и прямым военным подчинением русских земель с помощью военной силы.

Первоначально преимущество в борьбе за объединение Руси, продолжавшееся весь 15 век, оказалось у Литвы, но после прекращения внутренней смуты в Северо-восточной Руси и прихода к власти Ивана III перевес оказался у Москвы. Дело в том, что литовская знать, которая была в период присоединения русских земель язычниками, сделала свой выбор в пользу католичества. Это привело к стратегическому поражению Литвы, которая потеряла народную опору для своего дальнейшего существования. Результатом стал кризис государства, который привел к потере Литвою некоторых ранее присоединенных территорий.  В дальнейшем она неизбежно воссоединилась бы с Россией.

Тогда и произошло вмешательство Польши, которая смогла присоединить Литовское княжество (Династическая уния существовала с 1385 года, но Литва все же была самостоятельным государством). В 1569 году была заключена Люблинская уния, создавшая Речь Посполитую. Формально новое государство было федерацией в виде союза Польского королевства и Великого княжества Литовского, плюс Украина как автономная территория, но подданные согласно унии должны были присягать «Короне Польской», то есть фактически образовалась империя во главе с поляками. Практически сразу началось национальное и религиозное угнетение руссов, которые попали в новую империю как бывшие подданные Литовского княжества. Самым ярким примером такого угнетения стало создание униатства, которое появилось в 1596 году после подписания частью православного духовенства Брестской унии. Основной целью униатства была ликвидация православия путем подчинения духовенства власти римского папы, которое затем должно было перерасти в превращение православных Польской империи в католиков. Соответственно после этого последовала бы полная ассимиляция руссов Белой и Малой Руси. Эта затея удалась только частично. Полякам удалось ассимилировать шляхту Литвы, но основная масса населения не отреклась от православной веры.  Более того эта попытка уничтожить руссов привела к ослаблению Польской империи, так как любая империя хоть и представляет собой инструмент господства народа-победителя, но элита империи всегда должна считаться с верой и культурой включенных в состав империи народов. Если элита империи пытается осуществить уничтожение или ассимиляцию народов империи, то это неизбежно приводит её к быстрому и трагическому концу. В древности самым ярким примером тому служит Ассирийская империя, которая осуществляла переселение и уничтожение покоренных народов, что привело впоследствии к уничтожению самих ассирийцев соседними народами. В 20 веке попытка с помощью таких же методов создать Германскую империю привела к краху новоявленного рейха в течение семи лет (1938-1945 г.).

Польская империя попыталась осуществить геноцид руссов еще в 17 веке и только в связи с олигархической природой польского государства, которая парализовала деятельность государственного аппарата, эта политика не была проведена достаточно последовательно. Тем не менее, религиозный и национальный гнет со стороны поляков уже к середине 17 века привел к всеобщему восстанию руссов, которое привело к отпадению от Речи Посполитой Левобережной Украины и присоединению к России Смоленска и Чернигова. Восстание нанесло смертельный удар по польской империи, которая смогла просуществовать еще столетие только в силу стечения благоприятных исторических обстоятельств. 

Вместе с тем длительное нахождение руссов Малой и Белой Руси в условиях национального угнетения со стороны поляков и отрыва от основной части русского народа привело к формированию определенных различий в языке и быте. Подобное различие частей существовало у всех наций в Европе и со временем после объединения в рамках единого государства оно бы стерлось, но в конце 19 века в условиях противостояния Антанты и Тройственного союза, Австрийская империя создает украинский проект по расколу руссов. С помощью подкупа и государственного давления имперские власти (большую помощь в осуществлении проекта сыграло также униатское духовенство) сумели создать этническую химеру  - украинцев. В дальнейшем уже в ходе Первой мировой войны новоявленные украинцы были использованы для геноцида населения, которое не отреклось от принадлежности к единой нации руссов.

После революции в России украинский проект был подхвачен большевиками, которые следуя революционной традиции, стремились к союзу с националистами. В рамках Советского Союза украинский проект находился в спящем состоянии, так как идеократическое государство не допускала развития любых (деструктивных в том числе) идейных течений, которые противоречили бы официальной доктрине. Тогда же была создана Белоруссия, которая стала государственным образованием для несуществующей в реальности белорусской нации. Так же как и в случае с украинцами региональные различия руссов (в том числе в области языка) были использованы для образования формального полугосударственного образования.

Тем самым большевики в отличии от французских революционеров, которые стерли все региональные различия нации напротив их углубили, что привело в дальнейшем к распаду СССР в том числе на отдельные русские государства.

Крах Советского Союза, несмотря на утопическую политику равенства наций, которой официально придерживалась коммунистическая партия, больнее всего ударил по руссам.

Пришедшие к власти во вновь образованных государствах Прибалтики и Кавказа националисты немедленно начали искать внешних и внутренних врагов для сплочения нации. Естественно, что самым первым кандидатом в враги оказались руссы, которые были в наибольшей степени деморализованы развалом СССР и были лишены поддержки какого-либо государства. В Прибалтике националистам удалось создать стабильные режимы за счет ограничения гражданских прав руссов. Введенная в рамки закона дискриминация позволила сохранить стабильность данных режимов даже в условиях серьезного раскола общества. На Кавказе националисты не смогли создать стабильные режимы, что вызвало межнациональные столкновения и войны. Это привело к возвращению к власти представителей советской номенклатуры, которые смогли стабилизировать ситуацию в новых государствах за счет установления мягких авторитарных режимов. Тем не менее хаос периода становления новых государств и активное давление националистов привели к массовой эмиграции руссов с Кавказа.

В Средней Азии (кроме Таджикистана) не было первоначального периода хаоса, что явилось результатом быстрого перерождения номенклатурной иерархии в авторитарные режимы. Тем не менее, новые автократы для укрепления своей власти также использовали националистические настроения масс, что выразилось в вытеснении руссов со всех статусных позиций в новых государствах.

Самая многочисленная часть руссов сосредоточилась в Российской Федерации. Составляя абсолютное большинство населения государства, руссы вполне могли бы потребовать преобразовать его в национальное государство (именно опираясь на эти соображения, русские националисты как раз и выдвигают требование о создании национального государства), но раздел Советского Союза был осуществлен номенклатурой и либералами с целью присвоения богатств страны.  Поэтому такой вариант развития государства мог помешать процессу разграбления страны, так как вызвал бы подъем патриотических чувств населения.

Кроме того существовало объективное препятствие построению национального государства в виде исторического пути России, в ходе которого межнациональное взаимодействие между народами приняло характер симбиоза. Национальное государство не подходит для России, так как является продуктом насильственных межнациональных взаимоотношений свойственных европейской цивилизации. Попытка его внедрения в условиях острого кризиса могла привести к межнациональным столкновениям и дальнейшему распаду государства.  Выход из данного тупика либеральная элита, пришедшая к власти в России, попыталась найти на пути опоры на политическую нацию, то есть совокупность граждан, но это привело к отрицанию единства руссов и оказания им какой-либо помощи от преследований националистов других наций. Более того, руководство РФ стараясь умиротворить националистов в условиях кризиса государства и общества дало национальным республикам максимальные полномочия. В результате Российская Федерация превратилась в своеобразный аналог Советского Союза, но если в СССР неустойчивая конструкция государства в виде национальных республик компенсировалась всевластием партии, которая пронизывала собой все общество и генерировала общую идеологию, скрепляющую советское общество, то в РФ такого противовеса не существует. 

Между тем опасность, исходящая от национальной бюрократии, которая сформировалась в республиках, носит постоянный характер и в условиях любого кризиса государства непременно проявит себя. Дело в том национальная бюрократия формируется, не исходя из способностей гражданина, а по принадлежности его к титульной (привилегированной) нации. Естественно, что сформированная на основе незаслуженных привилегий республиканская бюрократия стремиться зафиксировать своё положение  путем увеличения полномочий и для этого манипулирует националистами для шантажа руководства РФ. Подобное заигрывание закладывает фактически мину замедленного действия под единство государства, которая может сработать в кризисный момент развития страны. Поэтому существующие национальные автономии должны быть преобразованы в экстерриториальные культурные автономии, не включенные в вертикаль государственного аппарата. Они обеспечат развитие культур народов составляющих Россию без посредничества национальной бюрократии. Сами же субъекты Федерации должны быть преобразованы в равноправные регионы, созданные исходя из государственных и экономических интересов страны. Подобное решение позволит России сменить устаревшую советскую ассиметричную модель национальных республик и русских областей на модель равноправных регионов, что не только укрепит государство, но и позволит ему заняться защитой интересов народов нового союза и прежде всего интересов самого многочисленного народа – руссов. Новая федеративная модель государства позволит решить межнациональные проблемы страны и даст возможность сосредоточить все силы на воссоединении всех частей России.

Часть руссов оказалась в рамках государства Республики Беларусь. Для обоснования своей власти пришедшие к власти в ходе развала Советского Союза сепаратисты попытались использовать советскую доктрину об отдельном белорусском народе, но они не нашли массовой поддержки жителей республики. Это произошло во многом благодаря тому, что миф об отдельной белорусской нации не получил распространения в народе, а стал достоянием лишь западнической интеллигенции.   В отсутствии идейного обоснования своего существования политическая система новообразованное государство оказалась не способна обеспечить стабильность развития общества. Поэтому как во многих других постсоветских странах в Белоруссии была создана авторитарная политическая система. Её идейной основой стал социальный консерватизм, который предусматривал реформирование экономической системы под жестким контролем государства. В результате применения этой модели развития Белоруссия не только сохранила промышленный потенциал, доставшийся ей от Советского Союза, но и стала своеобразной альтернативой политике либерального погрома, который осуществлялся в Российской Федерации и Украине. Благодаря этому режим личной власти Лукашенко оказался более устойчивым по сравнению со многими другими авторитарными постсоветскими режимами, а самое главное он оказался совершенно неподконтролен Западу, что во многом стало результатом ориентации на союз с Российской Федерацией. Эта ориентация была неизбежна в силу того, что только Российская Федерация могла выступать рынком сбыта товаров белорусской промышленности и могла обеспечить внешнюю безопасность Белоруссии. Тем не менее, эта ориентация так и не была оформлена в виде какого-либо действительного государственного объединения, что было вызвано несовместимостью политических и социальных систем двух стран. Ситуация изменилась после прихода к власти Путина, когда была осуществлена стабилизация социально-политической системы в Российской Федерации. В этих условиях неизбежно встал вопрос о реальной интеграции двух государств, на которую уже не согласился Лукашенко, так как хотел сохранить режим личной власти. После ряда политико-экономических конфликтов между Белоруссией и Российской Федерацией был найден определенный баланс взаимоотношений между ними, который заключается в участии Белоруссии в экономической интеграции в форме Таможенного союза и военном сотрудничестве, но без политического объединения. Более того, для оправдания существования Белоруссии, как отдельного государства его руководство стало прибегать в пропаганде к мифу о белорусской нации. Тем не менее, сформировать вторую этническую химеру в Белоруссии не удастся, так как для этого нужен массовый геноцид, который был осуществлен Австрийской империей в Галиции в годы первой мировой войны. Поэтому, несмотря на все старания Запада противопоставить друг другу Белоруссию и Российскую Федерацию, а также стремление белорусского руководства сохранить власть воссоединение руссов обеих государств произойдет бесконфликтно и быстро.

Совсем иначе дело обстоит на Украине, где руссы оказали в западне этнической химеры. Как раз на Украине эксперимент врагов России по переделки руссов в манкуртов увенчался успехом. В результате геноцида во время первой мировой войны устроенного австрийскими властями руссы Галиции были переделаны в украинцев. Так появилось ядро этнической химеры. В дальнейшем при создании советской Украины к ней были присоединены Донбасс, Новороссия, Малороссия  и Галиция, что позволило химере распространиться на новые территории.  Во многом это произошло в результате насильственной политики украинизации проводимой большевиками в 20-30-тые годы. В дальнейшем эта политика была свернута, но сама советская модель национальных республик позволила этнической химере не только уцелеть на всем протяжении 20 века, но и укрепиться. После же распада Советского Союза и образования украинского государства начался новый насильственный этап украинизации. Проведение в жизнь этой калечащей сознание и жизнь руссов политики привело Украину к деградации и упадку.

На Украине нет единой украинской нации – это этническая химера. В реальности в рамках украинского государства существуют три субэтнические группы: великороссы (русские), малороссы, галичане.

Великороссы – это часть народа руссов, которая сформировалась в рамках независимого государства Северной Руси после освобождения от власти Золотой Орды. В рамках украинского проекта эта часть населения Украины является наиболее угнетенной и дискриминируемой, так как руководители проекта не без основания считают её наиболее нелояльной к процессу переделки руссов в украинцев. Поэтому конечной целью идеологов украинской химеры всегда было духовное или даже физическое уничтожение этой части населения путем насильственной украинизации, что означает геноцид. Конечно, пока лидерам химеры приходится считаться, что русские составляют значительную часть населения Украины, но это они надеются исправить с помощью постоянного государственного давления на великороссов.

Малороссы – часть руссов, которая длительное время находилась под оккупацией польской империей. В этих условиях у этой части руссов сформировались отличный от великороссов диалект русского языка и культурные обычаи. Тем не менее, малороссы являются частью русской нации (недаром русским языком на Украине пользуются 70% населения). В некотором отношении положение малороссов на Украине даже хуже положения великороссов. Малороссы даже лишены возможности пользоваться своим языком, так как современный украинский язык был создан на основе галичанского  диалекта (Украинский язык создавался как раз в Галиции в начале 20 века.), то есть приписав малороссов к украинцам создатели химеры не только смогли создать впечатление существования большой отдельной нации, но и обеспечили питательную среду для расширения ядра этнической химеры – галичан.  В конечном итоге малороссов при дальнейшем существовании химеры ждет участь быть поглощенными галичанами, что также означает неизбежный ползучий геноцид малороссов.

Галичане возникли как субэтнос в результате сложнейших процессов смешения наций на стыке западной и русской цивилизаций. Находясь под гнетом польской империи, которая стремилась уничтожить руссов с помощью униатства, многие галичане отреклись от веры своих предков и перешли в униатство, что и стало отправной точкой их отделения от нации. В дальнейшем по мере обмирщения общества, когда роль религии в идейной сфере общества стала уменьшаться, униатство благодаря действиям властей Австрийской империи удалось перевести в светскую форму украинофильства, то есть создать этническую химеру.

Став ядром этнической химеры галичане превратились в негативную этническую общность, строящую свою идентификацию на ненависти ко всем другим нациям. Особенно  это четко проявилось в ходе геноцида галичанами поляков и евреев во время второй мировой войны. После обретения Украиной независимости галичане стали господствующей субэтнической общностью нового государства став основной опорой самостийной власти. В результате возник союз политического класса Украины и олигархов с галичанами заключающийся в выкачке ресурсов из производящих регионов Малороссии и Новороссии. Для консервирования данной ситуации галичанам самостийными властями Украины оказывалась полная поддержка в ассимиляции руссов.

Следовательно, украинское государство представляло собой все эти годы аппарат грабежа и национального угнетения большинства населения страны. Естественно, что такое противоестественное общественное устройство крайне неустойчиво и может быть ввергнуто в кризис в любой момент.

Выходом из ловушки этнической химеры может стать лишь отказ от неё населения Украины и строительство нового общественного устройства в соответствии с реальным положением вещей, которое заключается в принадлежности населения Украины к руссам. Соответственно наилучшим выходом для руссов Украины будет воссоединение с другими частями нации в едином союзном государстве. Это воссоединение вовсе не будет означать насильственное навязывание малороссам языка или культурных обычаев. Напротив, для малороссов это будет означать возрождение собственного языка, который почти уничтожен насильственной украинизацией.

В ходе процесса воссоединения руссов неизбежно возникнет проблема интеграции галичан, как ядра этнической химеры.

Самым благоприятным вариантом, в том числе и для самих галичан, станет их покаяние и возвращение к русской исторической идентичности. В этом случае галичане смогут стать равноправной частью русской нации, что обеспечит им надежное и стабильное будущее.

Другим вариантом будущего развития галичан может стать создание ими полноценной нации. В этом случае галичане могут войти в состав союза в качестве отдельной нации или образовать свое собственное государство, где получат возможность развивать свою собственную культуру, не навязывая её насильственным образом руссам, как это происходит на Украине.

Таким образом, воссоединение руссов в едином государстве, включающем в себя Российскую Федерацию, Белоруссию, Украину, Казахстан, является первоочередной задачей для выживания русского народа. Без её решения Россия может быть раздавлена другими геополитическими центрами силы. Для обеспечения этого объединения нужно переформатировать национально-государственное устройство Российской Федерации, обеспечить интеграцию элит Белоруссии и Казахстана для снятия их противодействия объединению, уничтожить этническую украинскую химеру. В случае успешного решения этих задач новый союз позволит руссам не только выжить, но и обеспечит России достойное место в мире.

24

http://www.za-nauku.ru//index.php?optio … ;Itemid=39
( текст, снимок с немецкой овчаркой)

     
    Станислав Чернявский. Неизвестная война Федора Чалкова     
Автор - публикатор     
07.05.2014 г. 

Какую войну вела советская армия сразу после Великой Отечественной в западных регионах СССР? Об этом сегодня вспомнит не каждый. Участников боевых действий осталось крайне мало, а на истфаках вузов не читают спецкурсы на эту тему. Федор Федорович Чалков – один из солдат «неизвестной войны». Шестьдесят лет ветеран хранил тайны, разглашение которых грозило опасностью ему самому и его семье. Лишь сейчас Федор Федорович рассказал многое из того, что еще вчера было под грифом «секретно». Три года, с 1950-го по 1953-й, Чалков провел в Литве в спецвойсках МГБ.

«КРУГОМ БЫЛ БАРДАК»

Драмы и приключения начались у Чалкова еще в детстве. Он родился в разгар коллективизации – в 1930 году, причем с местом рождения при оформлении паспорта вышел конфуз.
- Кругом был бардак, - возмущается ветеран. – В паспортном столе спросили: какое у вас место рождения? Село Новороссийское, говорю, Новосибирская область. А они написали: город Новороссийск.
Как тут не вспомнить происхождение дворянской фамилии Без-Корниловича, возникшей из неправильно понятой резолюции царя Николая I: наградить таких-то офицеров «безъ Корнiловича»? Вечное российское разгильдяйство неистребимо.
Другие воспоминания Федора Федоровича не столь анекдотичны. Его мать и отец расстались, причем глава семейства десять лет отсидел в лагерях. Бабушку раскулачили. В голодные предвоенные годы она собирала бруснику в лесу и приторговывала ею на базаре. Однажды в дом ворвались энкавэдэшники с ружьями, избили старушку прикладами и бросили в подвал: требовали отдать бруснику. Жестокость людей – символ перемен, как бы ни назывались они: Смутное время, революция, перестройка. Но одни перемены ведут к лучшему, а другие – нет, и оценить итог можно лишь через десятилетия.
Для Федора Чалкова испытания только начинались. После смерти бабушки он с матерью скитался по Сибири и нищенствовал. Лишь в Омске было поспокойнее. Мать устроилась на работу, создала новую семью. Отчим «шуровал уголек» на ТЭЦ, как выражается Федор Федорович.
Сам Чалков помогал отчиму, работал на огороде – другими словами, не имел профессии. А парню уже исполнилось шестнадцать. Его пытались завербовать на т. н. «20-й завод» (впоследствии Агрегатный, на нем производили агрегаты для военной авиации; судьба завода традиционна для российской оборонки: создан в годы войны, разрушен в двухтысячные). Но на предприятии случилось ЧП: крысы съели ученика, запертого наставником на ночь «в холодную» за какую-то провинность. Чалков скрывался от вербовщиков и милиции, да и не он один: идти работать на Агрегатный никто не хотел, репутация завода была подорвана. Но оставаться безработным нельзя: таких брали на учет и заставляли трудоустраиваться. В итоге отчим «по блату» устроил Федора в Омскэнерго, где Чалкова выучили на электромонтера. А «блат» был такой: рядом с семьей Федора Федоровича жил тогдашний управляющий Омскэнерго Кудров. Гендиректор сажал картошку в своем огороде, а Чалков ему помогал. Так и познакомились.

НЕВИДИМЫЙ ФРОНТ

В это время СССР вел так называемую «холодную войну» - уже не с нацистами, а с Североатлантичским альянсом, созданным США в 1949-м. Руководство Соединенных Штатов не устроил передел мира после Второй мировой. По этой причине боевые действия шли по всему периметру советских границ. От перерастания «холодной войны» в третью мировую спасло тогда лишь одно: ядерный щит. Вовремя завладев ядерными технологиями, Советский Союз надолго обеспечил собственную безопасность. Для США оставался один вариант – разжигать войну на периферии, от Китая и Северной Кореи до Украины и Прибалтики.  В западных республиках для этого использовали бывших нацистов и бандеровцев. В идеале планировалось отделить эти территории от Союза ССР.
«Лесные братья» - так называли себя прибалтийские партизаны. В основном это были каратели из бывших подразделений СС. То, что Штаты еще недавно воевали с гитлеровцами, а теперь их поддерживают, никого не смущало. Политика есть политика. Между пропагандой демократических свобод и «реал политик» всегда огромная разница.

http://www.za-nauku.ru/images/stories/pictures/nkvd_protiv_upa.jpg

Федора Чалкова мобилизовали на эту войну в 1950-м. Шестнадцатого октября он начал службу в рядах советской армии в войсках министерства госбезопасности - МГБ. Омская учебная рота состояла из трехсот человек. Ее привезли в Литву – в Каунас. Здесь солдат должны были подготовить к боевым действиям. Первое, что удивило – мощеные улицы, чистота, аккуратные дома, магазины, а на витринах – женские трусики и прочее нижнее белье.
- А мы идем по улицам, смотрим на всё это и плюемся, - вспоминает Федор Федорович. - У нас ведь в магазинах не было ничего такого в то время.
Однако это легкомысленное начало оказалось случайностью. Впереди у новобранцев – три года боев, крови и боли.
Вскоре их привезли в маленький литовский городок Укмерге. Поместили в казарму, а потом подняли в четыре утра по тревоге. В ту же ночь на место новобранцев положили шестнадцать трупов солдат из боевой роты, завернутых в полотно. Война шла где-то рядом с веселыми витринами магазинов. Трупы вскоре убрали, а новобранцы повалились на те же кровати и уснули без задних ног. Миндальничать и рассуждать о войне в стиле Ремарка было некому и некогда.
Линии фронта не было, выстрелить могли из-за любого угла. В том же городке Укмерге через квартал от казармы находился схрон «лесных братьев». Его обнаружили позже в одном из домов, перебили сепаратистов и продолжали странную войну.
Впрочем, Федор Федорович не зовет врагов ни партизанами, ни «лесными братьями», ни сепаратистами. Для него это бандиты, которые не хотели подчиниться властям. Часть литовского населения выступала на их стороне, часть – против, а большинству было всё равно.

…КАК НА ВОЙНЕ

В учебке Федор Чалков провел две недели. Говорит, успел только на стрельбы сходить пару раз да маршировать научиться. Однажды на построение пришел офицер из боевой части. Спросил: связисты есть? Ему ответили, что нет. Но добавили, что имеется один электромонтер – рядовой Чалков.
- Годится.
И рядового зачислили в группу связи боевой роты. Дали карабин, объяснили, как работать с коммутацией, аккумуляторами – вот и все боевые университеты. Предыдущий связист, двадцатитрехлетний парень, погиб в бою с бандитами.
Началась служба. На словах всё просто: сидели в секретах на болотах, ловили агентуру «лесных братьев», выезжали в рейды на хутора – иногда уже после того, как «братья» хутор сожгут, а людей перевешают.
- Ходили мы строго по семь человек, - рассказывает Федор Федорович. – Сержант, пятеро рядовых и связист. Леса не прочесывали – этим занималась регулярная армия.
На вопрос, почему сепаратисты убивали и пытали людей, ветеран отвечает просто:
- Жгли хутора и убивали людей за неподчинение. Им (бандитам) ведь жрать надо было.
Опять всё просто: бандитам нужно припугнуть людей, отомстить, проучить, продемонстрировать силу. Ну и конечно, налицо элемент садизма – проявить власть над беззащитным существом. На международном уровне всё это подавалось как борьба за свободу Литвы против советских оккупантов.
Наши солдаты завидовали вооружению и амуниции «братьев». На вопрос, какое было вооружение – немецкое? – Чалков улыбается и отрицательно качает головой.
Тяжелого вооружения у «братьев», конечно, не было, но легкое – выше всяких похвал. По словам ветерана, в основном это были новенькие автоматы американского и британского производства. Так что НАТО уже тогда внедряло в Прибалтике собственные стандарты вооружений.
Советские солдаты могли противопоставить им ручные пулеметы, карабины, автоматы с дисковыми магазинами времен Великой Отечественной и пистолеты ТТ. Оружие, может, и не новое, но вполне качественное.  Применять его приходилось очень часто. Ниже - лишь несколько эпизодов из борьбы с бандитами, подробности которой легко потянут на документальную повесть.

«ЗАПАД НАМ ПОМОЖЕТ»

Натовцы отчаянно помогали «братьям». Несколько десятков сожженных хуторов с мирными людьми – это мелочь, когда на кону – обладание новыми территориями. Самолеты без опознавательных знаков время от времени вторгались в воздушное пространство СССР через Балтику. Летели низко над морем, чтобы не засекли радары. На борту везли диверсантов, деньги, оружие. Но и советская разведка работала как часы. Однажды связиста Чалкова вызвали в Вильнюс: были сведения о предстоящей высадке диверсантов в Козлорусском лесу. Нужно было «вычислить» шпионов, когда они высадятся. Конечно, старались взять живыми, а там – как получится.
Наши солдаты залегли, а через какое-то время раздался гул воздушных двигателей. Чалков увидел две точки – это выпрыгнули из самолета парашютисты. Ветеран говорит, что у обоих имелись какие-то устройства – не то мопед, не то самокат, не то маленькая дрезина. Один диверсант достиг земли и сразу умчался на «мопеде», скрывшись из вида. Другому не повезло: стропы парашюта зацепились за ветви дерева. Солдаты окружили дерево, помогли шпиону слезть… Но противник проявил невероятное проворство, завел свой «самокат» и уехал из-под носа у русских.
Пришлось прочесывать лес, перехватывать переговоры по рации… И снова удача: шпиона удалось запеленговать.
К этому времени он явился на какой-то хутор, договорился с жителями, пообедал, велел истопить баню. Но каким-то чутьем понял, что его вот-вот найдут. Почему не уехал? В мобильной «дрезинке» кончилось топливо, да и вряд ли бы прорвался.
Когда Чалков и его отряд вынеслись к хутору, они обнаружили диверсанта сидящим под деревом в белой рубахе и кальсонах с ампулой цианида в зубах. «Пациент» был мертв.
Провели обыск. В вещмешке неудачливого шпиона лежали советские деньги, женские украшения, несколько комплектов часов. А в чемоданчике среди бытового хлама нашлась свежая челябинская газета – для достоверности. Этот факт особенно изумил советских бойцов. Видно, с советской газеткой в руках было как-то удобнее жечь литовские хутора и убивать людей, не доросших до понимания демократии.
Что касается диверсанта, то его удалось идентифицировать как англосакса. Может, это был потомок литовских мигрантов, покинувших еще царскую Россию. Тогда можно сказать, что возвращение блудного сына прошло не очень удачно.
Таких залетных гостей было много – кого-то убивали, но особой удачей считалось взять врага живьем: появлялся шанс выявить схроны, найти бандитов. Конечно, сделать это было непросто, но любая разведка – советская, германская, американская, – умеет выбивать показания.  Так что один пойманный диверсант означал, что число бандитов убавится на два – три десятка. А с бандитской «пехотой» дрались насмерть.

КРЕЩЕНИЕ ОГНЕМ

Как вычисляли бандитов? Это была работа чекистов. В такие тонкости солдат, конечно, не посвящали. Но некоторые методы были известны и им. Часто полагались на осведомителей, они помогали русским. Большинство литовцев чем дальше, тем больше сочувствовали Советам. Налаживалась мирная жизнь, да и власть Москвы была мягкой. Во всяком случае, для подавляющего большинства, которое при прежней власти не обладало капиталом. Правда, перелом в настроениях случился не сразу. Чалков рассказывает, что сперва приходилось участвовать в настоящих сражениях.
- Сначала страшно было, а потом думаю – черта ли мне бояться? Молодой был, - делится воспоминаниями ветеран.
Однажды его отряд угодил в засаду в лесу. Наткнулись на бандитов, завязалась перестрелка. Уйти нельзя:  смерть. Били друг друга почти в упор. Наши выстояли, прорвались, опрокинули бандитов. Потом обнаружили, что поляна, на которой шел бой, подстрижена пулеметными очередями ровно, как английский газон.
Бандиты тоже ходили группами по семь человек: это была оптимальная численность. Если не хватало мужчин, в «семерку» брали женщин.
Командовали нашими бойцами московские офицеры. Чалков запомнил их вежливость, корректность и жертвенность: командиры берегли солдат. Был случай: прочесывали по заданию хутор, в котором скрывался бандит. Найти не могли. Наконец один глухонемой литовец показал: «лесной брат» засел в доме на чердаке. Оцепили дом. Наш офицер отлично говорил по-литовски, да и другие бойцы выучили язык. Предложили сдаться. Враг не захотел. Офицер приказал выйти из дому мирным жителям – вышли дед, бабушка, внук. Солдаты кинулись в избу и «прошлись» по потолку пулеметными очередями. После такой «зачистки» шансов выжить у сепаратиста не было. Какой-то солдат кинулся на чердак. Последовала короткая команда: отставить. Офицер пошел сам, первый. На чердаке лежал труп, а в руке у него граната с сорванной чекой. Не разорвалась она только чудом. Офицер отогнал своих, вынес гранату, поместил на холмик подальше от дома и велел расстрелять. Один из солдат – участников операции вернулся тогда в казарму седым ка
к лунь. Вспоминая об этом, Чалков не может сдержать слезы.
- Снимает солдат шапку, а голова – белая…
Были другие схватки, короткие как удар клинка. Удачей считалось незаметно подкрасться к бандитскому схрону. Такой можно было забросать гранатами и готово – вынимай мертвых бандитов.
Но везло не всегда. Одну схватку вели в хуторе. Миг, несколько очередей – кто-то убит, кто-то ушел. За одним бандитом погнался молодой пулеметчик Петр Бобков. Стемнело, и врагу удалось скрыться. Бобкова арестовали – не нарочно ли упустил? Разобрались, выпустили, да только ни наград он не получил, ни пенсии за службу на «невидимом фронте».
Сам Чалков заслужил за свою солдатскую работу наградные часы, которые через три месяца сломались, да отпуск домой на побывку.

«НО ЕСЛИ К НАМ ПОЛЕЗЕТ ВРАГ МАТЕРЫЙ»…

Демобилизовался Федор Федорович в 1953 году. К тому времени борьба с сепаратистами пошла на убыль, а потом и совсем стихла. Первый натиск Запада был отбит.
По дороге из армии Чалков заехал к отцу, который отсидел срок и работал в Сталинградской области, женившись на молоденькой девушке.
Сталинград поразил Чалкова. Выжженная голодная земля: таким был этот край через семь лет после Великой Отечественной. По сравнению с ним затерянный в Сибири Омск казался сытым спокойным местом. Туда и отправился Федор, хотя отец предлагал остаться и помочь поступить в институт – благо в столице были родственники и знакомства в научных кругах.
- Посмотрел я на него, на его жену молодую, которая мне была ровесница – и отказался, - сдержанно рассказывает Федор Федорович. – Домой поехал.
Мобильных телефонов тогда не было, но родная мать почувствовала приезд сына. Еще перед приездом сказала: сегодня мой Федя вернулся. Так и вышло.
Чалков работал в Омскэнерго, высоких должностей не занимал. Только однажды отказался от Ордена Трудового Красного Знамени. Несколько таких орденов пришло на предприятие, а выдать их некому: один кандидат спился, другой провинился. Решили наградить Чалкова, да вот беда: в партии не состоит. Начальник говорит: бери орден, а мы тебя задним числом в КПСС примем.
- А я ни в какую, - рассказывает Федор Федорович, - глупый был. Говорю: недостоин. Начальник просить стал: принимай орден, иначе меня накажут. Но я отказался.
За это принципиальный работник был «репрессирован». Могли ему дать двухкомнатную квартиру в центре города (в те времена жилье рабочим раздавали бесплатно), а дали на окраине. Но Федор Федорович за это не в обиде. А в партию так и не вступил: недостоин. Хотя говорит о себе, что всегда был и останется беспартийным коммунистом.
Жизнь к тому времени наладилась, и стало ясно, ради чего сражались люди и терпели лишения. И страшные картины революционного Смутного времени, и лютые охранники с битьем прикладами, и грубость одних, и неустроенность других – всё было в прошлом. Казалось, дальше будет только лучше.
Чалков никому не рассказывал о своем прошлом. Даже ходил среди ветеранов недобрый слушок: мы, мол, воевали, а он отсиделся. Федор Федорович, как обычно, не возражал. Эмгэбэшная школа тверже железа: если нельзя говорить – молчи.
Случившийся в 1991 году распад великой империи, за которую сражался в далекие пятидесятые годы, ветеран не одобряет.
- Если бы осталось, как прежде, 16 республик, - всё было бы в норме…
Шестнадцатой во времена его молодости была Карелия, которую советским руководителям хватило ума вернуть в состав РСФСР еще до распада Союза.
К нынешним событиям на Украине Чалков относится просто. Смуту в этой стране, по его мнению, устроили те же бандеровцы и «лесные братья» с подачи того же Запада. За шестьдесят лет ничего не изменилось. Для Чалкова все эти люди –  не бойцы литовского или украинского сопротивления, не офицеры и рядовые СС, не поборники «демократии и общеевропейского выбора», а просто бандиты, которые уничтожают мирных людей. Шестьдесят лет назад русские спасали население от бандитских зверств. Пускай сегодня Чалкова и советских солдат назначили быть «пособниками тоталитаризма», а «лесных братьев» – борцами за демократию – разве это что-то меняет в реальной жизни?
Может быть, эта ясность сознания без добавления диалектической бесовщинки и помогла нашим предкам расправиться с врагом? Чалков и его товарищи сражались с Антироссией - и победили.
Поэтому и говорит Федор Федорович сегодня:
- Хотя и страшновато, что Обама нам санкциями грозит, но что делать? Если мне сегодня дадут пистоль-машину – пойду воевать за наших.
Еще двадцать лет назад ситуация была другой. Как-то Федор Федорович сказал одному из коллег, что проходил службу в Литве в войсках МГБ. Отвел глаза коллега, промолчал и старался с тех пор избегать общества Чалкова. К счастью, время расставило всё на свои места, и подобных мутантов почти не осталось. Сегодня большинству русских людей вполне ясно, где чужаки, а где - наши.

НЕПРИЯТНОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

Но небольшое количество мутантов еще есть. В федеральном правительстве обсуждается вопрос о том, чтобы отменить льготы для бойцов «неизвестной войны». Сейчас этих бойцов приравняли к ветеранам Великой Отечественной. Выходит, что подвиг русских солдат нужен не всем. А разбираться в нюансах некоторым чиновникам не хочется. Зачем, если на горстке выживших можно сэкономить деньги Пенсионного фонда?

Впрочем, есть надежда, что справедливость и здравый смысл возобладают. Всё-таки другое сегодня на дворе время - время русской весны.

Последнее обновление ( 07.05.2014 г. )

Отредактировано Zlata (08-05-2014 05:02:32)

25

Расскажите о РНЛ, нажав кнопки!Русская народная линия

  Кировоградская область: забытая земля Новороссии (I)
Сергей  Сидоренко, Одна Родина

17.05.2014


Украинская государственность напоминает физически и психически больного человека. И хотя все всё понимают, но больному о его состоянии стараются не говорить. Родственники и прочие претенденты на наследство предпочитают пока не делать лишних движений и даже заявляют о том, что верят в выздоровление больного.

Народу же плохие вести не сообщают, и та его часть, которая приспособилась уже жить этой жизнью, привыкла к ее законам и даже обнаружила в ней для себя много приятного - об участи окружающего ее украинского миропорядка пока не ведает и «требует продолжения банкета».

Нетерпеливые аналитики уже вовсю публикуют карты русской Украины, в которую включают восемь юго-восточных областей, простирающихся широкой полосой от Харькова до Приднестровья, и тиражируют в умах забытое уже исконное название этой земли - Новороссия.

Однако, возвращая к жизни исконное название края, впопыхах как-то не заметили, что исторически в Новороссию входил еще один регион Украины - нынешняя Кировоградская область, бывшая прежде северной частью дореволюционной Херсонской губернии.

Было бы понятно, если бы этому забытому аналитиками региону отказывали в праве быть Новороссией наши украинствующие сограждане, которые в своих геополитических поползновениях привыкли руководствоваться нехитрой формулой «дають - бэры, бъють - тикай». Для них даже и Крым - «неотъемлемая часть Украины», а если повезет - то и Воронежская, и Курская области, и Кубань, и все, что будет «плохо лежать». Но печально то, что Новороссия, в упомянутом усеченном виде, рисуется сегодня и на большинстве карт, представленных читающей публике российскими и живущими на Украине пророссийскими аналитиками и публицистами.

Почему так случилось?

В этой связи будет, наверное, нелишним взглянуть на историю этого края и обратить взор на его настоящее положение.

* * *

Само приобретение и освоение Россией края, названного впоследствии Новороссией, началось со строительства крепости Святой Елисаветы, заложенной в 1754 году и ставшей форпостом движения России на Юг, благодаря которому прежнее Дикое поле постепенно превратилось в Новороссию. Вокруг крепости впоследствии вырос город, названный Елисаветградом.

Заселялись земли когда-то пустынного Дикого поля переселенцами из великорусских губерний (среди которых значительную часть составляли старообрядческие общины), малороссийскими казаками, а также народами православного вероисповедания, переселявшимися сюда из соседних государств: сначала сербами, затем молдаванами, греками, болгарами и прочими.

Именно для вывоза сюда, в Херсонскую губернию, скупал свои мертвые души в великорусских губерниях гоголевский Чичиков (1).

Характер заселения определил и соответствующую топонимику края, типичную для Новороссии, очень напоминающую современные Соединенные Штаты или, к примеру, Австралию. В области есть своя Александрия, своя Прага, хоть и Новая, а также Новоархангельск, Новомиргород, Новогеоргиевск (переименованный в советские годы в Светловодск), Новый Стародуб и другие. Больше сотни населенных пунктов разного калибра с приставкой «ново-».

И хотя позже, после выхода России к Черному морю, военное значение крепости снизилось, возникший вокруг нее город был значительным военным, торговым и культурным центром Юга России.

Здесь несли свою службу Суворов, Кутузов, Потемкин. Бывал тут и Пушкин - в том числе и когда был отправлен, за прегрешения, графом Воронцовым в здешние края на борьбу с саранчой. В городе родились Георгий Флоровский, Арсений Тарковский, Юрий Олеша. Десять лет архитектором города был брат Федора Достоевскго - Андрей Достоевский.

Сам город Елисаветград до революции был типичным городом Юга России. О населении города на рубеже XVIII - XIX веков можно найти свидетельство в книге «Исторический очерк Елисаветграда», составленной в 1897 году бывшим градоначальником А.Н.Пашутиным (2).

В этой книге, в числе прочего, приводится список пострадавших от пожара 1798 года купцов и мещан, которым императором Павлом Петровичем была пожалована денежная ссуда. Так как пожар по своей «беспристрастности» ничуть не уступает нынешней статистике и социологии, то этому списку, в котором на 185 пострадавших с великорусскими фамилиями приходится 18 с малорусскими и 16 с еврейскими, вполне можно доверять.

Революцию 1917 года край, именуемый сегодня Кировоградской областью, встретил в качестве северной части Херсонской губернии. О том, что происходило тут во времена гражданской войны можно получить представление из написанного в 1920 году стихотворения «Про белого бычка», автором которого был еще один известный родившийся в Елисаветграде поэт - Дон-Аминадо (Шполянский). В стихотворении есть такие пророческие и актуальные для нашего времени слова:Но, чую, вновь от беловежских пущ

Пойдет начало с прежним продолженьем.  И вкруг оси опишет новый круг  История, бездарная, как бублик.  И вновь по линии Вапнярка - Кременчуг  Возникнет до семнадцати республик.
Как раз по линии Вапнярка-Кременчуг и расположена нынешняя Кировоградская область. И в годы гражданской войны население этих мест многократно доказывало, что слова поэта не являются преувеличением. Так в Александрии базировался атаман Григорьев, покоритель Одессы (ставший прототипом персонажа фильма «Свадьба в Малиновке» - пана-атамана Грицияна Таврического), в Елисаветграде хозяйничала атаманша Маруся Никифорова, а немного севернее - в районе Холодного яра - чуть ли не в каждом селе был свой суверенный правитель.

Как и на всякой территории, осваиваемой переселенцами, привносящими на новое место смешение понятий, ценностей, представлений - население проживающего в крае народа несет на себе многие черты той этнической формы, которую исследовал Лев Гумилев, дав ей название «химера».

Какое древо, таковы и плоды - поэтому неудивительно, что именно этот регион «подарил» когда-то России Льва Троцкого, родившегося в семье богатого еврейского землевладельца в селе Яновка (теперь Береславка), что недалеко от города Бобринец. Кстати, и известная пассионария Юлия Тимошенко в свое время влетела в украинскую политику примерно через это же место, избравшись в народные депутаты Украины по мажоритарному Бобринецкому избирательному округу Кировоградской области.

Тут, как и везде в Новороссии, охотнее, чем в других местах вьют свои гнезда разные секты, многие из которых были завезены сюда еще в конце ХIХ века, получившие в эпоху независимой Украины наиболее благоприятные условия для своего развития.

После революции край становится частью сначала Николаевской, затем Одесской и потом снова Николаевской областей; а сам город в 1924 году переименовывают в Зиновьевск, в честь еще одного местного революционного дарования. Спустя десять лет, после того как упомянутый вождь впал в немилость и нужно было увековечить заслуги другого вождя, город снова переименовывают, на сей раз уже в честь человека, в городе вообще никогда не бывавшего, - Кирова. В 1934-м Елисаветград превращают в Кирово, а позже, в 1939-м, - в Кировоград.

Тогда же, в 1939 году, была создана и отдельная Кировоградская область.

(Окончание следует)

26

Что думали русы об украинцах и украинской идее
       http://s3.uploads.ru/t/GORvV.gif
Нынче вошло в моду кидание такими выражениями, как "украинофобия". Дескать, путинская киселевщина рисует пропагандистский образ украинцев, который насаждается в стране. Стоит разобраться, как воспринималась украинская идея среди аутентичных русских — до Революции и в Белой эмиграции.

Сначала стоит понять, что "украинцы", которых мы знаем и любим (по крайней мере, знаем), родились в Советском союзе и при поддержке советской власти. Сама концепция украинского национализма существовала и до Революции, она появилась во второй половине XIX столетия. Но то "украинство" было маргинальным феноменом; про его истоки мы писали. В русском же обществе эти люди считались фриками, сектантами. Критиковали украинство самые разные слои населения, и среди охранителей черносотенного направления, и среди националистов-критиков Царского правительства. С консервативной стороны стоит отметить Андрея Владимировича Стороженко, известного историка, слависта и литературоведа. Он считается одним из главных специалистов по истории Украины и состоял в Киевском клубе русских националистов, одного из главных правых интеллектуальных центров страны. После Революции большевики расстреливали членов Клуба по спискам; Стороженко один из немногих, кому удалось сбежать от ЧК.

Стороженко интерпретировал украинский национализм как культурный атавизм; как спровоцированное поляками и австрийцами отступление от русской культуры. По его мнению, русское население, лишившись русской культуры, становится варварской недонацией. А. Царинный приводит в своей книге "Украинский сепаратизм в России. Идеология национального раскола" цитату Стороженко, в которой он изложил эти мысли предельно кратко:

"Знакомясь с деятелями украинскаго движенія, начиная с 1875 г., не по книгам, а в живых образах, мы вынесли впечатленiе, что „украинцы“ — это именно особи, уклонившіеся от общерусскаго вида в сторону воспроизведенiя предков чужой тюркской крови, стоящих в культурном отношеніи значительно ниже русской расы".

Т.к. на территории так называемой "Украины" нет иной культуры, кроме русской, украинствующим или "мазепинцам", как их ещё называли до Революции, приходится обращаться к иным культурам, в том числе автохтонным, т.е. кочевникам. Как отмечает Стороженко:

"„Украинская идея“ — это гигантский шаг назад, отступление от русской культуры к тюркскому или берендейскому варварству"

Стороженко был крупнейшим специалистом по истории южной России, настоящим эрудитом и убежденным русским патриотом и националистом — он являлся членом Киевского клуба русских националистов и Всероссийского Национального Союза. После того, как его чуть не расстреляли большевики, его труды были запрещены в Советском союзе. Их объявили "буржуазно-помещичьей, великодержавной" литературой, т.к. они мешали украинизации.

Сама украинская идея отнюдь не ассоциировалась с малороссами или даже галичанами. Особенно галичане тогда ещё были русскими патриотами, вплоть до того, что австрийцам пришлось построить концлагерь Тальергоф и массово вешать русских националистов из Галиции. Между прочим, на одном из таких процессов в качестве свидетеля обвинительной стороны выступал прадед известного украинского националиста Олега Тягнибока, Лонгин Цегельский.

Носителями украинской идеи, помимо сектантов из австрийских пробирок и городских сумасшедших, воспринимались, в первую очередь, поляки и евреи. Например, знаменитый русский националист и публицист Михаил Осипович Меньшиков описывает демонстрацию украинских националистов в 1914 году около австрийского посольства в Киеве таким образом:

"Итак, дождались мы и этого позора: в Киеве выкинуто красное знамя отделения Малороссии от России. Пусть это знамя, выброшенное жидами и мальчишками, тотчас же было сорвано и преступные скандалисты были избиты толпой. Революционные толпы бродили от политехникума до таких центральных пунктов, как Владимирский собор и площадь Богдана Хмельницкого. Такие же толпы двигались по киевскому Невскому проспекту — по Крещатику. „Да здравствует самостийна Украина! Да здравствует Австрия! Долой Россию!“ — вот что кричали и ревели жиды и мазепинцы пред австрийским консульством, причем, как гласит телеграмма, „протестовавших из публики демонстранты избивали“. Если бы не вмешательство казаков и солдат, мятежники, несомненно, взяли бы верх: „Среди демонстрантов более половины было евреев. Руководил студент-еврей, разъезжавший верхом по городу и делавший свои распоряжения...“"

За три года до этого создатель Всероссийского Национального Союза и личный друг Столыпина Меньшиков давал украинскому движению такую характеристику:

"Самые ярые из них отказываются от исторических имен „Россия“, „русские“. Они не признают себя даже малороссами, а сочинили особый национальный титул: „Украина“, „украинцы“. Им ненавистна простонародная близость малорусского наречия к великорусскому, и вот они сочиняют свой особый язык, возможно, более далекий от великорусского. Нужды нет, что сочиненный будто бы украинский жаргон является совершенно уродливым, как грубая фальсификация, уродливым до того, что сами малороссы не понимают этой тарабарщины, — фанатики украинского сепаратизма печатают названной тарабарщиной книги и газеты. В науку русской вообще и в частности южнорусской истории мазепинцы вносят систематические искажения и подлоги, а самые крайние психопаты этой партии провозгласили необходимость для малороссов жениться на еврейках для того, чтобы кровью и плотью как можно дальше отойти от общерусской закваски"

Очевидно, что эти люди, в общем, имели мало общего с современными украинскими националистами. Украинский националист до Революции — это городской сумасшедший, пытающийся внедрить побольше польских слов в русский язык и предлагающий сношаться с евреями, чтобы удалиться от великорусской наследственности. Всего несколько лет спустя украинский национализм прославился тем, что в лице Петлюры устраивал настолько чудовищные еврейские погромы, что "белый каратель" Унгерн нервно курил в сторонке.

С последней, боевой версией украинского национализма, столкнулись русские националисты-белогвардейцы после Революции. В первую очередь, украинских националистов воспринимали как Иуд, предателей, изменников. Одна из листовок Вооруженных Сил Юга России за 1919 год объявляла:

"Юго-Западный край — русский, русский, русский... и он не будет отдан ни украинским предателям, ни еврейским палачам"

При этом предатели знали, что они предатели, и поначалу старались избегать столкновений с вчерашними братьями по оружию. Павел Феофанович Шандрук, штабс-капитан Русской Императорской Армии, впоследствии прометеист и генерал-хорунжий армии Украинской Народной Республики, описывал в своих мемуарах случай в самом начале Гражданской войны: его украинский бронепоезд въехал в Мелитополь, где он обнаружил каких-то солдат, говорящих по-русски. Подумав, что это большевики, он приказал открыть огонь по ним. В ответ "вежливые люди" открыли встречный огонь и подняли русский триколор. Солдаты оказались отрядом Михаила Гордеевича Дроздовского, они находились в известном "Дроздовском походе" из Румынии на Дон. Шандрук отправил парламентера к Дроздовскому, и Дроздовский объявил, что выйдет из города — с боем или без. Шандрук, поняв, что придётся иметь дело не с чумазыми красногвардейцами, а с "Первой Бригадой Русских Добровольцев", испугался их и приказал пропустить. Дроздовцы спокойно продолжили свой путь.

Дроздовский, герой Первой Мировой, кавалер Ордена Святого Георгия и монархист, оставил в своем дневнике заметку о своем отношении к украинцам. Особый интерес вызывает поведение немцев, которые никаких иллюзий насчет своих мурзилок не испытывали:

"Немцы — враги, но мы их уважаем, хотя и ненавидим... Украинцы — к ним одно презрение, как к ренегатам и разнузданным бандам. Немцы к украинцам — нескрываемое презрение, третирование, понукание. Называют бандой, сбродом; при попытке украинцев захватить наш автомобиль на вокзале присутствовал немецкий комендант, кричал на украинского офицера: „Чтобы у меня это больше не повторялось“. Разница отношения к нам, скрытым врагам, и к украинцам, союзникам, невероятная. Один из офицеров проходящего украинского эшелона говорил немцу: надо бы их, то есть нас, обезоружить, и получил ответ: они также борются с большевиками, нам не враждебны, преследуют одни с нами цели, и у него язык не повернулся бы сказать такое, считает непорядочным... Украинец отскочил..."

Переговоров с сепаратистами не было. Генерал Май-Маевский четко обозначил, что "Петлюра или станет на нашу платформу единой неделимой России с широкой территориальной самобытностью, или ему придётся с нами драться". Последовали боевые действия и взятие Киева — по сути, эти события являются единственным эпизодом в истории, который можно назвать "русско-украинской" войной. Сия война была блестяще выиграна белыми (т.е. русскими), а вошедшие в Киев белогвардейцы разогнали всю армию УНР. В Киеве стояло 18 тысяч регулярных бойцов УНР, к тому же, имелось 5 тысяч партизан в районе города. В город вошли 3000 белогвардейцев и ещё тысяча бойцов из офицерских дружин — украинская "армия" капитулировала, не оказав сопротивления. Генерал Бредов объявил после "битвы", что "Киев никогда не был украинским и не будет".

Дальнейших переговоров не было — только с "западными украинцами", а точнее — русскими людьми из Украинской Галицкой Армии. Бредов продолжил переговоры с ними и добился Зятковского договора — вступления Галицкой армии в состав Вооруженных Сил Юга России. Остальным же так называемым "украинцам" Бредов приказал передать, что "...пусть не приезжают, будут арестованы и расстреляны как изменники и бандиты".

Однако, белогвардейцы сталкивались с украинцами не только на Юге. Патриоты Дикого Поля попадались и в других регионах, что иногда приводило к забавным эпизодам. Георгиевский кавалер и герой Белой борьбы в Сибири генерал Сахаров описывает один из таких случаев:

"В вагоне пришлось ехать вместе с несколькими офицерами. Два из них сидели, а одному места не хватило, стоял. В углу же разместился какой-то железнодорожник с яркой желто-голубой „украинской“ ленточкой в петличке и на утрированно хохлацком жаргоне разглагольствовал о „самостийной Украйне“. Слушал его поручик, слушал, да и говорит:

— „Вот что, пане добродию, вылезайте-ка из угла, — я хочу сидеть. Дорога-то ведь наша русская, да и Самарская губерния тоже Россия, ей в Украйну не попасть.“

— „Как так? Позвольте, какое вы имеете право?“ перешел на литературный русский язык желто-голубой железнодорожник.

— „А такое, пане добродию, что я русский, значит здесь дома у себя, хозяин. Вот поезжайте на Украину, там и посидите. Ну! вылезайте!“

Сконфуженно оглядываясь, под смех остальной публики вышел новоявленный украинец из купе и даже из вагона"

Полемика с украинцами продолжилась и после победы большевиков, в эмиграции. Даже больше — только в эмиграции украинские предатели наконец смогли спокойно писать свои сепаратистские книжки и рисовать карты с Украиной от Карпат до Кубани, так как рядом, к сожалению, уже не было стальных полков Белой армии.

Один из самых примечательных русских ответов на украинство был напечатан в Белграде, в 1939. Написан он неоднозначной и спорной фигурой — В.В. Шульгиным, но не согласиться с его довододами в этом труде мы не можем. Данный труд носит название "Украинствующие и мы". В нём он кратко описывает историю украинствующих, доказывает абсурдность их исторической и национальной концепции, и дает обзор настоящей ситуации. По его мнению, сложившаяся украинская нация — продукт неудачных исторических событий и, естественно, разгрома России. Он резюмирует:

"Вот краткая история украинствования. Оно было изобретено поляками (граф Ян Потоцкий); поставлено на ноги австро-немцами („Украину сделал я!“ — заявление генерала Гофмана); но консолидировано оно большевиками, которые вот уже 20 лет без просыпа украинствуют (конституция Сталина 1937 года)"

Таков приговор русского народа. Кто бы из настоящих русских не сталкивался с так называемыми украинцами — царские ученые, националистические публицисты, белогвардейские офицеры, простые русские крестьяне — все они встречали украинствующих с враждой. Как убежденные сторонники Исторической России, видящие в ней нравственный идеал, мы можем только повторить пророчество и мечту Шульгина, которую он поставил в самый конец своего произведения:

"Придет пора, когда вместо лжи и человеконенавистничества украинствующих раскольников восторжествует правда, согласие и любовь под высокой рукой Единой Неразделимой России!"

Кирилл Каминец

Источник

 
Контакты© 2011 Dal.by

27

Великая Тартария - только факты.  http://www.dal.by/news/177/29-05-14-2/

Отличный фильм!    http://s2.uploads.ru/t/nLPO1.gif

28

Информационные войны. 
 
Свержение царя: «оранжевая» технология февраля 1917 года

Сто лет назад Запад использовал те же самые методы, что и сейчас. Многие люди склонны рассматривать современные им события, как нечто новое. Однако так называемые "новейшие технологии" сплошь и рядом повторяют до мелочей давно опробованные методы. Увы, не видя этого, невозможно использовать и опыт прошлого.

Так, например, в наши дни стало популярным словосочетание "мягкая сила", которая подразумевает борьбу за умы. Агенты "мягкой силы" стремятся проникнуть в СМИ другого государства, наладить тесные связи с политиками, бизнесменами и проч. Влиятельных людей поощряют грантами, приглашают "читать лекции", дают престижные премии, обеспечивают выгодными коммерческими заказами. Для воздействия на остальной мир распространяется тенденциозная информации, которая создает привлекательный образ государства, использующего "мягкую силу".

Так вот Франция, а потом и Британия использовали широчайший арсенал средств "мягкой силы" для того, чтобы влиять на умонастроения в царской России. Мы не будем уходить вглубь веков, поскольку нас интересует период, непосредственно предшествующий Февральской революции. Но и в эту короткую эпоху происходило немало интересного, а в исследовании этого вопроса нам поможет диссертационная работа историка Светланы Колотовкиной "Англо-российские общественные связи в годы Первой мировой войны (1914 - февраль 1917 гг.)".

Начнем с того, что во время Первой мировой на страницах всемирно известной газеты "Таймс" была озвучена идея пригласить в Британию либеральных писателей и корреспондентов России с тем, чтобы показать им масштаб английских военных усилий. Предполагалось, что русские, вернувшись на родину, потом ознакомят общественность с полученной информацией. Английский посол в России Бьюкенен обратился к правительству нашей страны с просьбой разрешить такой визит, а британский агент спецслужб, работающий в статусе торгового консула, Локкарт лично подбирал кандидатов делегации московских литераторов.

Если говорить о представителях крупных российских изданий, то англичане пригласили Башмакова от "Правительственного вестника", Егорова от "Нового времени", Набокова от "Речи", Чуковского от "Нивы". Возглавил делегацию Немирович-Данченко ("Русское слово"), и еще кроме журналистов в поездке участвовал писатель А.Н. Толстой.

Визиту российских лидеров общественного мнения придавали столь серьезное значение, что вопрос курировал глава британского МИД Грей. А непосредственно программу работы делегации разработал Комитет сближения Англии и России во главе с лордом Уэрделем. Когда российские гости прибыли в Лондон, то началась феерия восторгов. Тут и встреча с королем Георгом V, правительственный банкет, посещение Палаты лордов и Палаты общин, встречи с английскими дипломатами, известными литераторами (Уэллс, Конан Дойль), визит в Лондонский университет и Союз британских издателей газет.

Кроме того делегации показали корабли британского флота. Гости из России завтракали на флагмане адмирала Джеллико, встретились с помощником командующего флотом вице-адмиралом Бернеем. Российские журналисты побывали на британской Главной квартире во Франции, заезжали и на фронт.

Англичане не ошиблись в тех, кого приглашали. Участники поездки опубликовали подробные описания своего вояжа и характеристики увиденного в Британии были не просто положительны, а исполнены восхищения.

В январе 1916 года Бьюкенен начал готовить вторую поездку. На этот раз англичане решили пригласить политических деятелей. Соответствующие переговоры Бьюкенен провел с председателем Думы Родзянко. Как и в первом случае, вопрос находился на контроле у Грея, необходимые консультации проводились с руководителем российского МИД Сазоновым. После всех согласований в состав делегации вошли Протопопов, Милюков, Шингарев, Рачковский, Радкевич, Чихачев, Демченко, Ознобишин, Энгельгардт, Ичас, Гурко, Васильев, Лобанов-Ростовский, Розен, Велепольский, Олсуфьев.

Большинство этих людей впоследствии стали видными февралистами. Это относится даже к Чихачеву, которого принято относить к умеренно-правым, то есть нелибералам. Однако в дни революции он выполнял поручения Временного комитета Государственной Думы, а значит, был на стороне государственных преступников. Ознобишин поддержал революцию, о чем прямо сообщил Родзянко. Демченко - комиссар Временного правительства. Энгельгардт - глава военной Комиссии Временного правительства. Гурко, Васильев, Олсуфьев - принадлежали к оппозиционному Прогрессивному блоку - объединению членов Думы и Госсовета. Лидером блока был ни кто иной как Милюков.

23 апреля 1916 года делегация прибыла в Лондон. Как и в первом случае, гостей ждал радушный прием, встреча с английским монархом, визит в Палату лордов и Палату общин, обед в резиденции лорд-мэра Лондона, на котором присутствовали виднейшие представители британского истеблишмента: министр иностранных дел Грей, его помощники, Главнокомандующий английской армии Китченер, спикер палаты общин Лоутер и проч.

Милюков постарался наладить личный контакт с максимальным числом влиятельных британцев. Он провел конфиденциальную встречу с главой британского МИД Греем. Обсудил с ним вопросы послевоенного переустройства мира, раздел территорий. Милюков и Гурко общались с министром вооружений Ллойдом Джорджем. Милюков побывал на завтраке у либерального министра торговли Ренсимана, встретился с крупным политиком Бекстоном и другими.

Среди важных элементов технологии "мягкой силы" сейчас называют разнообразные некоммерческие, неправительственные организации, гуманитарные фонды, общества дружбы и тому подобные структуры. Формально несвязанные с государством и декларирующие самые благие цели они идеально подходят для прикрытия разведывательной, подрывной и лоббистской деятельности. Об этом много говорят в контексте "оранжевых революций" и "арабской весны", но и здесь нет ничего нового.

В 1915 году в Англии создано Русское, в 1916 году - Русско-Шотландское и Англо-Русское общества, кроме того в британской столице существовало общество "Россия". Позже, в дни Февральской революции в Лондоне появилась объединенная ассоциация русских обществ. В 1915 году создан комитет "Великобритания - Польше!", причем эта структура быстро наладила связь с представителями оппозиционного властям Московского военно-промышленного комитета Смирновым и Рябушинским.

Кроме того Бьюкенен продвигал идею сближения образовательных учреждений России и Британии, что нашло живейший отклик в самой России. Академия наук и ряд отечественных университетов выработали комплекс мер, призванных повысить роль британской культуры в жизни нашей страны. Предлагалось наладить обмен преподавательскими кадрами, издавать англо-русские журналы, ввести в образовательную программу курсы англоведения, награждать студентов премиями за исследования по истории, языку и литературы Англии. Высказывалась мысль направлять молодых ученых по преимуществу в Англию и Францию. Ничего не напоминает?

Вопрос использования "мягкой силы" в борьбе против российской государственности отчасти перекликается с масонской тематикой. К сожалению, серьезных исторических работ по русскому масонству до сих пор очень немного, зато всякой мистической чепухи вокруг этой темы, хоть отбавляй. На сегодняшний момент одним из самых авторитетных специалистов по отечественному масонству заслуженно считается А.И. Серков, поэтому я воспользуюсь его трудами "История русского масонства XX века" и справочником "Русское масонство. 1731-2000".

Задолго до Февральской революции в августе 1915 и апреле 1916 года на квартирах Рябушинского, Прокоповича и Кусковой (перечисленные лица - масоны) состоялись два совещания оппозиционеров. Решался важнейший вопрос: как распределить министерские посты после свержения царя. Практически все министры Временного правительства были предварительно утверждены именно на этих двух совещаниях, хотя это не значит, что все они принадлежали к масонским ложам. В первом составе Временного правительства масонами были пять из двенадцати министров: Н.В. Некрасов, М.И. Терещенко, А.И. Коновалов, А.И. Шингарев, А.Ф. Керенский. Кроме них, на пост министра труда выдвигался масон Н.С. Чхеидзе, но он отказался от этого назначения. Заместителями министров (как тогда говорили, товарищами министров) также стали несколько масонов: Н.К. Волков, С.Д. Урусов, В.А. Виноградов, А. В. Ливеровский.

Известно, что помимо Временного правительства, в России после революции возник еще один центр власти: Петроградский совет рабочих и солдатских депутатов. Период сосуществования Временного правительства и Петросовета называют двоевластием, однако оба нелегитимных органа проводили консультации между собой, создали контактную комиссию, в которой с обеих сторон в качестве переговорщиков были члены масонских лож. От Временного правительства - Некрасов и Терещенко, от Петросовета - Чхеидзе, Суханов и Скобелев. Как отмечает Серков, особенно сильным было влияние масонов при подборе кадров в прокуратуру. Комиссарами Временного комитета Государственной думы тоже стал целый ряд масонов.

В дальнейшем роль масонов только повышалась. В новом составе Временного правительства вольным каменщикам достались такие важные должности, как военный и морской министр (Керенский), министр финансов (Шингарев), министр труда (Скобелев), министр юстиции (Переверзев), министр иностранных дел (Терещенко), министр путей сообщения (Некрасов), министр торговли и промышленности (Коновалов).

В третьем составе Временного правительства из восемнадцати министров уже десять были масонами. Если исходить из количества вольных каменщиков и важности тех постов, которые они занимали, то это был пик масонского влияния на управление страной в первые послереволюционные месяцы.

Рассказывая о деятельности проанглийских организаций в России нельзя не сказать о видном масоне М.М.Ковалевском. Он родился в 1851 году, происходил из потомственных дворян, с золотой медалью окончил гимназию. Высшее образование получил в Харьковском университете, в 21 год стал кандидатом права, затем доктором.

Работал в Берлинском университете, занимался в Британском музее, лондонских архивах, лично знал Маркса. В 1879 году участвовал в работе первого земского съезда. Получил широкую известность на Западе, был член-корреспондентом Французской академии наук, членом Британской ассоциации наук. В 1901 году Ковалевский создал Русскую высшую школу общественных наук в Париже и начал приглашать туда лекторов. Среди них были Ленин, Плеханов, Милюков, Чернов (революционер, к тому времени уже отсидевший в тюрьме), Грушевский (разработчик идеологии независимости Украины) и многие другие общественно-политические деятели.

С 1905 года Ковалевский возвратился к активной земской деятельности, начал издавать газету "Страна", где вместе с ним сотрудничали масоны Трачевский, Иванюков, Гамбаров, Котляревский, член революционной партии "Дашнакцутюн" Лорис-Меликов и проч.

Как отмечает Серков, в 1906 году Ковалевский, в то время масон 18-й степени Древнего и Принятого Шотландского устава, получил от Совета Ордена Великого Востока Франции разрешение на открытие лож в России. В руководство первой "ложи Ковалевского" вошли, в частности, известный адвокат В.А. Маклаков и выдающийся драматург В.И. Немирович-Данченко. В 1907 году от Великой Ложи Франции Ковалевский получил патент на открытие лож в Петербурге и Москве. В 1908 году состоялся масонский конвент (первое заседание вел Ковалевский), на котором было решено организовать ложи в крупных городах по всей стране.

Параллельно Ковалевский руководил Партией демократических реформ, много публиковался в самых известных газетах России, избирался в Думу, причем в 1906 году возглавил делегацию депутатов на Межпарламентской конференции в Лондоне. В 1907 вошел в Государственный совет, издавал журнал "Вестник Европы", вел отдел политических и юридических наук в "Новом энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона", был редактором "Энциклопедического словаря Русского Библиографического института Гранат". В 1912-14 гг. - член ЦК Партии прогрессистов.

В 1915 году Ковалевский начинает новый проект: создает Общество сближения с Англией (ОСА). Разумеется, представители Британского посольства не остались в стороне от такого начинания, почетным членом Общества стал Бьюкенен, и это неудивительно, ведь ОСА стало рупором англофильской пропаганды. Под эгидой Общества организовывались публичные лекции и доклады, в которых неизменно подчеркивалась прогрессивная роль Британии. Едва началась деятельность ОАС, Ковалевский взялся создавать еще одну проанглийскую структуру - Общество английского флага (ОАФ), позже переименованное в Русско-английское общество. Председателем ОАФ стал Родзянко, а на первом же собрании выступил Милюков, на последующих мероприятиях к ним присоединился Шингарев. Отмечу, что в Русско-английское общество входили также Гурко, Маклаков, Терещенко и Гучков. Все эти люди вошли в историю как февралисты.

ОАФ наладило сотрудничество с помощником английского военного-атташе Блэром, морским офицером Гренделем, членом Палаты общин Геммердэ, секретарем британского посольства Линдлеем и, как, и следовало ожидать, с Бьюкененом.

Помимо Бьюкенена бурную деятельность в России развел Локкарт. Он был настолько своим для российских оппозиционеров, что ему регулярно доставлялись секретные постановления оппозиционных организаций (Земского союза и Союза городов), а также Московской городской думы. Из британцев, находившихся в России, особо стоит отметить главу специальной миссии контрразведки Сэмуэля Хора. Он отличался высоким профессионализмом в сфере обработки информации, располагал широчайшими связями в России.

Естественно, в нашей стране работали и журналисты английских газет. Так, например, Гарольд Вильямс поставлял в британское посольство сведения от высокопоставленных российских оппозиционеров, находился с ними в дружеских отношениях и даже был женат на Ариадне Тырковой, входившей в руководство кадетской партии. Корреспонденты "Таймс" Вильтон и Вашбурн вместе с писателем Уолполом активно вели английскую пропаганду, причем Уолпол сотрудничал с Гучковым.

Стоит упомянуть писателя Грехэма. Классиком мирового уровня не стал, зато объездил Россию вдоль и поперек. Корреспондент "Дейли телеграф" Пэйрс, был официальным осведомителем британского правительства.

Пэйрс был профессором и по совместительству матерым волком спецслужб. Как отмечает Колотовкина, именно Пэйрс в 1916 году устроил Милюкову поездку в Англию под видом чтения лекций, а на самом деле для налаживания связей между российской оппозицией и британским истеблишментом. Знакомство Пэйрса с высокопоставленными политиками России не ограничивалось Милюковым. Он знал Витте, Родзянко, Гучкова и многих других. Вот какова была степень вовлеченности Британии в российскую политику, и это только вершина айсберга.

Незадолго до Февральской революции Джордж Бьюкенен встретился с председателем Думы Родзянко. Бьюкенен прозондировал почву на тему политических уступок, которые хотят добиться от царя парламентарии. Выяснилось, что речь идет о так называемом ответственном правительстве, ответственном перед "народом", то есть перед Думой. Де-факто это означало бы превращение монархической России в парламентскую республику.

Так вот Бьюкенену хватило наглости, после этого прийти к Николаю и поучать государя, как ему следует руководить страной и кого назначать на ключевые должности. Бьюкенен выступал как явный лоббист революционеров, лихорадочно готовивших в это время свержение царя. При этом сам Бьюкенен понимал, что его действия являются грубейшим нарушением правил поведения иностранного представителя. Тем не менее, в беседе с Николаем Бьюкенен буквально угрожал царю революцией и катастрофой. Разумеется, все это подавалось в дипломатичной упаковке, под видом заботы о царе и будущем России, но намеки Бьюкенена были совершенно прозрачны и однозначны.

Якобы безвольный Николай II не согласился ни на какие уступки, и тогда оппозиционеры попытались зайти с другой стороны. В начале 1917 года в Петроград на союзническую конференцию прибыли представители Антанты, чтобы обсудить дальнейшие военные планы. Руководителем британской делегации был лорд Милнер, вот к нему и обратился видный кадетский деятель Струве. Он написал лорду два письма, в котором, по сути, повторил то, что сказал Родзянко Бьюкенену.

Струве передал письма Милнеру через офицера британской разведки Хора. В свою очередь Милнер не остался глух к рассуждениям Струве и направил Николаю конфиденциальный меморандум, в котором поддержал требования оппозиции. В меморандуме Милнер дал высокую оценку деятельности российских общественных организаций (Земский союз и Союз городов) и намекнул на необходимость предоставить крупные посты людям, которые ранее занимались частными делами, и не имели опыта государственной деятельности!

Разумеется, царь проигнорировал столь нелепые советы, и оппозиция вновь осталась ни с чем. Но прессинг на царя не прекращался и в конце-концов увенчался победой государственных преступников.

О технических деталях переворота, свергнувшего Николая Второго, мы поговорим в следующей статье из цикла "Дореволюционная Россия"
Источник
   

Контакты© 2011 Dal.by

29

Возвращение Приамурья. http://ruskline.ru/history/2014/05/29/v … priamurya/
     (тест, рисунки)

30

А у нас сейчас другая страна? http://www.dal.by/news/19/02-06-14-15/  http://s3.uploads.ru/t/GORvV.gif

Какую же Россию мы потеряли?

Помните ли Вы, дорогой читатель, как делегаты одного из последних съездов Советов затаив дыхание смотрели шедевр С. Говорухина “Россия, которую мы потеряли, а потом дружно голосовали за независимость России от нее самой, за белогвардейско-власовский флаг и за президента, которому в скором времени предстояло их разогнать?

А виной тому, что мы ее потеряли - разумеется, не в девяностых годах, а еще в семнадцатом, - “октябрьский переворот Ленина и Троцкого", как вслед за белогвардейскими и геббельсовскими пропагандистами называют это событие теперешние.

Для господ демократов, теперь тоже подавшихся в оппозицию режиму, ими же установленному, Октябрь плох уже тем, что совлек Россию с "естественного", "нормального", "общечеловеческого" пути развития; другими словами, из-за него "эта страна" выпала из мировой цивилизации непонятно куда и вот только теперь - ура! - в нее возвращается.

Для господ национал-патриотов, кои на дух не переносят господ демократов, все обстоит вроде бы наоборот: не было на свете страны счастливее матушки Руси, покуда она шла собственным, исконно-посконным, путем православия, самодержавия и народности; все беды оттого, что ее с этого пути сбили сперва западники-либералы в феврале 1917 г., а потом интернационалисты-большевики, принесшие ее счастие в жертву молоху мировой революции. Кто не верит, пусть почитает в газете "Завтра", урожденной "День", как процвела бы Россия, если бы в гражданской войне победили белые.

Наконец, некоторые из левых в России и за ее пределами вслед за Каутским и Плехановым одобряют Февраль, но что касается Октября, - они не то чтобы "против", но и не совсем "за". Что поделаешь, не созрела Россия до настоящего социализма, не успела она до 1917 г. развить у себя капитализм, как в цивилизованных странах, отсюда и все последующие беды.

Что же мы в действительности потеряли и что приобрели в октябре 1917 года? Имея дело с полярными позициями, подкрепленными силой авторитетов, власти и денег, попытаемся не поддаваться манипулированию, не воспринимать готовых установок, а вырабатывать собственную позицию. Для этого надо, во-первых, избавиться от необъятного и неопределенного "мы", которым явно злоупотребляют политики и публицисты всех направлений. Употребляя для краткости это местоимение, условимся, что будем понимать под ним трудящийся и эксплуатируемый народ России, а не тех немногих, "кому на Руси жить хорошо". Во-вторых, надо опираться не на романтические легенды, а на исторические факты, в том числе те, которые уже не один год, а то и не одно десятилетие, намеренно предают забвению.

Мы потеряли страну не самую отсталую - если говорить о нескольких городских центрах промышленности, науки и культуры,- но бесспорно самую бедную в Европе. Нигде, кроме Бразилии и азиатских колоний и полуколоний, не было таких массовых, целыми губерниями, и таких регулярных, каждые 6-7 лет, голодовок с миллионами жертв, как в России. Да, она кормила своим хлебом чуть не всю Европу, и об этом с восторгом пишут наши демократы и патриоты. Им и в голову не приходит, что в стране, расположенной почти целиком в зоне рискованного земледелия, зерновой экспорт может быть только голодным. И это даже при передовой агротехнике и высоких урожаях. Дореволюционная же Россия, несмотря на все усилия Докучаева и его школы, славилась оскудением почв опять-таки в целых губерниях, в том числе черноземных; водной и ветровой эрозией по всему югу (лесополосы, рекомендованные тем же Докучаевым, начнут сажать уже при Советской власти); опустошениями полей саранчой, головней, спорыньей и прочим. Да иначе и быть не могло на карликовых крестьянских наделах (у 70 миллионов крестьян было почти столько же десятин земли, сколько у 75 тысяч помещиков), и при правящем режиме, не сумевшем даже толком использовать последний шанс, данный природой и историей, - массу свободных земель на востоке России (как известно, за целинные и залежные земли по-настоящему взялись только в середине ХХ века).

Мы потеряли одну из самых безграмотных стран Европы, делившую это незавидное первенство с Румынией и Сербией. Хуже было только в полуколониях и колониях, и то не во всех. Сто лет назад, на исходе просвещенного XIX века, число грамотных в великорусских губерниях колебалось от 15 до 30 процентов. Земские статистики подсчитали, что при тогдашних темпах просвещения народа, например, в Смоленской губернии и к середине ХХ века 42-48 мужчин и 92-94 женщины из 100 были бы неграмотны. Что уж говорить о национальных окраинах, где, по аналогичным подсчетам, на ликвидацию безграмотности понадобилось бы около 2000 лет. Да вот вмешалась революция, и неграмотных не стало за какие-то 20 далеко не мирных лет (как, между прочим, и в других странах раннего социализма со всеми его недостатками). Не правда ли, какой страшный удар по "нашей" исконно-посконной духовности нанесли злодеи-большевики? То ли дело Временное правительство, ассигновавшее Святейшему Синоду вдвое больше, чем министерству промышленности...

Мы потеряли самую больную страну Европы. Где еще, кроме опять-таки колоний и полуколоний, в начале ХХ века миллионы людей вымирали от оспы, холеры, тифов, малярии, туберкулеза, дифтерии? Где целые деревни были сплошь поражены сифилисом? Где акушерская помощь оказывалась только двум деревенским роженицам из ста? А проклятые большевики, едва успев прийти к власти, первым делом ввели обязательное оспопрививание - ни война, ни разруха не помешали. За те же 20 не очень мирных лет СССР избавился от оспы, холеры и чумы, а за послевоенные 15-20 лет - от тифов и малярии. Да и дифтерии с туберкулезом и сифилисом было не разгуляться, пока не подоспела демократия. Одно слово, тоталитарно действовали коммунисты, не то что поборники демократии. Вот в Британии за 200 лет после Дженнера оспопрививание так и не стало обязательным. И в нынешней эрэфии прививки от дифтерии больше не обязательны - свобода так свобода!

Мы потеряли страну, где при самом многонациональном - не только в Европе, но, пожалуй, и в мире - составе населения ни один народ, ни одна национальная область, кроме Финляндии, не имели никакого самоуправления. Страну, едва ли не самую поликонфессиональную, где самодержавие упрямо сохраняло за православием положение государственной религии. Такой, с позволения сказать, политикой десятилетиями сеялись семена раздора везде, где только можно, - в Польше и Литве, на Украине и в Средней Азии, в Адыгее и Абхазии, в Дагестане и Чечне,- а кровавую жатву народы России пожинают до сих пор. Любимые нашими патриотами Александр III и Николай II прославили свою империю на весь мир чертой оседлости, ложными обвинениями мултанских удмуртов и еврея Бейлиса в человеческих жертвоприношениях, стравливанием армян и азербайджанцев. Наши патриоты ссылаются на то, что самодержавие все-таки посылало войска для прекращения еврейских и армянских погромов. Надо же, какая заслуга - “мы все же чем-то отличались от султана Абдул Хамида и младотурецких временщиков! Как это похоже на старых и новых “хозяев земли русской: сначала создать все условия для погромов, а потом хвататься за голову и посылать армию расхлебывать кашу. Разве что те хозяева не говорили: “Хотели как лучше, а получилось как всегда. Везде и во всем господствующий класс словно нарочно превращал страну в пороховой погреб, не желая прислушаться не то что к доводам морали, но даже к элементарному инстинкту самосохранения. Все тем же злодеям-большевикам пришлось собирать почти вконец распавшуюся страну - и ведь в основном собрали за какие-то пять лет.

"Патриотам" - антикоммунистам тут нечего возразить, и они предпочитают ничего этого не вспоминать вообще либо объяснять все кознями жидомасонов и прочих супостатов. Чего стоит обвинение Ленина в развале России на союзные республики, хотя таковыми при нем были только те, что фактически отложились еще до октября 1917 г. или вообще не входили в империю Романовых: где тут развал, а где объединение народов?

- "Демократы" могут на все это сказать: видите, мы были правы, Россия во многом оставалась варварской страной, ибо томилась под гнетом восточного деспотизма; вот приобщилась бы к передовой западной цивилизации - и двинулась бы вперед семимильными шагами, да помешали большевики и до сих пор мешают коммунисты. Звучит вроде бы убедительно, и поныне немало людей, особенно так называемых интеллигентов, этому верит.

Но уж чего-чего, а приобщения к западной цивилизации - только не воображаемой, а действительной - в предреволюционной России было более чем достаточно. В октябре 1917 г. мы потеряли одну из самых зависимых стран Европы. Потеряли страну, где минимум половина банковского капитала была во французских, английских, немецких руках. Если же взять крупнейшие банки, которые и были в российской экономике настоящими хозяевами, то иностранный контроль окажется почти полным. Капиталы их были вложены в крупнейшие промышленные синдикаты, такие, как Продамет и Продуголь; правление последнего даже находилось в Париже, а устав был написан по-французски. Иностранным монополиям больше чем наполовину принадлежали донецкий уголь, бакинская нефть, ленское золото.

Со времен того же кумира национал-патриотов, Александра III, Россия все глубже залезала во внешние долги, выплатив к 1917 г. одних процентов вдвое больше, чем стоили основные фонды ее промышленности (Вам, читатель, это ничего не напоминает?). Расплачивались не только деньгами, но и кровью русских солдат и офицеров: Россия вела теперь войны, угодные западным кредиторам, - от участия в позорном карательном походе империалистов в Китай до катастрофической для нее Первой мировой. Главные кредиторы менялись: до 1914 г. это была Франция, потом - Великобритания, а уже при Временном правительстве ей в затылок дышали США. Не менялся только "равноправный" характер их отношений с Россией. Французы создали специальный банк, чтобы руководить "кооперацией" в области промышленности; во главе его встали руководители компаний, хозяйничавших в африканских колониях. Англичане заставили петербургский кабинет подчинить русский торговый флот британскому Адмиралтейству и сами стали решать, что, где и почем будет покупать Россия. Они же, пользуясь разрухой в союзной стране, скупали по дешевке российские золотые и платиновые прииски, железные, медные, асбестовые, марганцевые рудники, месторождения осмия и иридия. Англичане, французы и бельгийцы совместно, на государственном уровне, создавали одни из первых транснациональных компаний для монопольной скупки русского леса и льна. Английские и французские банки предложили России заем за право монопольной продажи спичек по всей России на 10-20 лет. Американцы решили взять под контроль российские железные дороги и уже послали для этого военизированный контингент специалистов.

Не меньшее впечатление производит редко упоминавшаяся даже в советские годы история с поставками русского хлеба западным союзникам. У них была возможность закупить зерно в не тронутых войной США, Канаде, Австралии, Аргентине; но лучшие друзья Николая II предпочитали все повышать и повышать требования поставок из России, истекавшей кровью ради их интересов. На 1917 г. Лондон и Париж потребовали ни много ни мало - 50 миллионов пудов, разумеется, по ценам ниже мировых и не за валюту, а в счет процентов по долгам (между прочим, союзная Франция еще с 1914 г. наложила секвестр на русское золото, размещенное в ее банках). Потребовали от голодающей страны, где в городах уже стояли длинные очереди за хлебом, а на фронтах оставался запас продовольствия на несколько дней. Потребовали - и получили полное согласие царского, а потом Временного правительства.

Больше всего поражает даже не бесцеремонность империалистических цивилизаторов, а отношение к ним российских "партнеров". Во имя "защиты отечества" правители посылали полуголодных солдат завоевывать Константинополь, чтобы без помех гнать на Запад зерно - больше ни для чего этот город не был нужен России. Сами же буквально распродавали страну, санкционируя все упомянутые и многие подобные им кабальные соглашения. И никаких попыток всерьез постоять за суверенитет страны, хозяевами которой они себя мнили, - в лучшем случае робкое выторговывание грошей, а часто согласие с ходу, по принципу "чего изволите". У нынешних номенклатурных перерожденцев и прочих "новых русских" были достойные предшественники, недаром они теперь так обожают трехцветно-двуглавую атрибутику.

Далеко не во всякой стране, даже полуколониальной, господствующие классы покрывали себя таким позором. В Греции, оккупированной войсками Антанты, англичанам пришлось дважды свергать короля - между прочим, родственника Николая II,- не желавшего подчинять страну их диктату. В отсталой Персии стоило шаху дать табачную монополию английской компании, отняв это дело у национального капитала, как буржуазия и духовенство организовали бойкот монопольного табака, а потом и настоящее восстание со штурмом шахского дворца, так что монополию пришлось отменить, а самому главному монополисту - спасаться бегством. В Корее японцам для того, чтобы завладеть страной, понадобилось убить королеву. Уж на что антинациональной была маньчжурская династия в Китае, но и там императрица хотя бы формально возглавила антиимпериалистическое восстание.

А "наши" императоры и императрицы, великие князья и министры, национальные предприниматели и православные иерархи? Если убийственные для страны поставки зерна состоялись не в полной мере, то не благодаря им. Уже после февраля 1917 г. на местах нашлись здравомыслящие люди, гражданские и военные, которые на свой страх и риск оставляли зерно голодающему народу и армии. Тогдашняя же "элита" если кому и уступала в услужливости, то только "нашей" же либеральной интеллигенции, состоявшей в партии кадетов. Ее орган - газета "Речь",- освещая в декабре 1916 г. банкет с участием английского посла, уверяла читателей: "Иностранный капитал нам нужен, а английский капитал более культурен в своих приемах, чем германский, и, главное, не имеет в виду политического влияния... Слухи о том, будто английский капитал "стремится поработить Россию", или невежественны, или злонамеренны..." А в это время британский консул в Омске давал понять местным властям, что устройство завода сельхозтехники в Томске излишне, т.к. сибирский рынок будет обеспечен машинами и орудиями из Англии. Незадолго до того лондонская "Таймс" откровенно писала: "Мы являемся промышленной страной... Мы ставим себе целью посылать в Россию именно продукты промышленности в обмен на ее сырье, и развитие русской обрабатывающей промышленности может, по всей видимости, идти в ущерб нашим интересам, так же как и интересам Германии". Конечно, ни тут, ни там о политическом влиянии и речи не шло - одна чистая (или не очень) экономика...

Так или иначе, "победа" в мировой войне не сулила обескровленной стране ничего, кроме кабалы у "союзников" - вероятно, худшей, чем в случае поражения могла бы ей навязать Германия. Измену совершали не те, кто добивался выхода из такой войны, разрыва с такими союзниками и свержения такого режима хотя бы ценой его поражения, а те, кто заставлял народ любой кровью тянуть до "победного" (для кого?) конца. А чтобы вовремя понять это, требовалось быть марксистом, следовательно - интернационалистом. В ХХ (а тем более XXI) веке узкий националист не может быть настоящим патриотом, он обречен быть слепым орудием в руках врагов своей Родины.

Точно так же обстоит дело с буржуазными реформами вроде столыпинской. Для ее успеха Столыпин просил - у кого? у господа бога? - "20 спокойных лет". История их не дала и не могла дать. Если бы даже каким-то чудом удалось отсрочить войну, грянул бы мировой экономический кризис - тот самый, который отсрочила война и который начался, как считают, с "черного вторника" на нью-йоркской бирже в октябре 1929 г. На самом же деле он начался годом ранее в агроэкспортных странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Не будь войны, кризис грянул бы гораздо раньше, и от столыпинского прогресса только клочья бы полетели. Сельское хозяйство Латинской Америки, шедшее путем подобным тому, который намечал для России Столыпин, не оправилось от того кризиса до 60-х гг. А ведь надвигался еще и социально-политический, революционный кризис мирового масштаба, отнюдь не большевиками порожденный. Революционные события начались ведь не в Российской империи, а в Британской, начались Дублинским восстанием 1916 года, а назревали еще накануне войны. Попытка перевести социальное напряжение в другое русло в значительной мере побудила империалистические державы к войне. Но кризис все равно разразился и охватил весь мир.

Однако, допустим, что ничего этого не произошло бы - ни войны, ни экономического кризиса, ни политического. Подумаем, сколько "крепких мужиков", на коих уповал Петр Аркадьевич, осталось бы в "великой России", на восемь десятых крестьянской. Одна шестая? Одна пятая? И куда было деваться остальным? В Латинской Америке они заполняют фавелы, в Африке - бидонвилли, а у нас климат не тот. Вот вам и "великие потрясения". Не всех же устраивает такой прогресс, ради которого половине населения страны придется умирать с голоду.

Или, может быть, российская и зарубежная буржуазия стала бы наделять русских крестьян землей, чего ожидали от нее иные "марксисты" меньшевистского толка? Да вот беда: она лучше их понимала свой прямой интерес. Большая часть помещичьих земель России была заложена в тех самых банках, которые контролировал англо-французский капитал и его российские партнеры. Чтобы провести аграрную реформу, и тем и другим пришлось бы экспроприировать самих себя, а к этому они, понятно, не стремились. Вот почему ни одна партия, кроме большевиков, и не могла дать землю крестьянам точно так же, как мир - народам.

Или возьмем те же иностранные капиталовложения, от которых многие ожидали - и ожидают по сей день - "современных" методов хозяйствования, лучшей жизни для трудящихся, "цивилизованного" разрешения конфликтов. Но зачем иностранный капитал пойдет туда, где реальная зарплата ненамного ниже, чем в метрополиях? Ему требуется такая, которая в наших природных условиях, где не обойтись без теплого жилья, зимней одежды, сносного питания, будет не просто низкой, а очень низкой, на грани выживания, а то и за этой гранью. Можно ли обойтись демократическими методами, если надо заставить людей не жить, а выживать (или вымирать)? И в дореволюционной России иностранный капитал отнюдь не нес рабочим лучшей жизни и классового мира. Вспомним хотя бы Ленский расстрел и прообраз современных эскадронов смерти на бакинских нефтепромыслах.

И это не случайность, не результат недостаточного развития российского капитализма, а его родовая черта. Страны Латинской Америки уже минимум двести лет развивают у себя капитализм, а разрыв между ними и метрополиями только возрастает. В любой стране, не попавшей до XIX в. в узкий круг метрополий, капитализм может развиваться только по зависимому пути. А значит, он будет нуждаться и в массовой нищете, и в экономии на народном просвещении и медицине, и в разжигании национальной и конфессиональной розни. Все это совершенно закономерно, и ожидать иного, оставаясь на капиталистическом пути, - все равно, что ожидать, чтобы электроды, погруженные в электролит, перестали его разлагать, оставаясь соединенными с источником тока. Вот мы и возвращаемся теперь в Россию, которую потеряли, правда, выглядит она совсем не по Говорухину.

Как ни крути, остается одно из двух: либо страна будет обречена на все то, что потеряла в 1917 году и вновь обретает сейчас, сойдя с пути социализма, либо трудовой народ найдет в себе силы справиться со своими эксплуататорами и создать свое государство. "Погибнуть или на всех парах устремиться вперед - только так поставлен вопрос историей." Так стоял он более 80 лет назад. Так, и не иначе, будет стоять завтра.

Е.Н. Харламенко, А.В. Харламенко
 
 

Контакты© 2011 Dal.by

Отредактировано Zlata (03-06-2014 05:50:58)


Вы здесь » ЗООМИР и не только о нем » РОССИЯ » НАША ИСТОРИЯ