ЗООМИР и не только о нем

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЗООМИР и не только о нем » РОССИЯ » Путин


Путин

Сообщений 101 страница 108 из 108

101

PANTERA, спасибо за сравнения Конституций!  http://s2.uploads.ru/t/3H00K.gif

102

Zlata
http://s2.uploads.ru/t/Kt3OQ.gif

103

Путин обкатывает новую управленческую элиту
16.08.2016 

Уход Сергея Иванова с должности руководителя кремлевской администрации стал той последней каплей, которая прорвала плотину — в либеральном кремлеведении на наших глазах происходит смена базовой концепции.

Раскручивается новая версия «путинской кадровой политики», столь же спекулятивная, как и предыдущая.

Отставка Сергея Иванова с поста главы президентской администрации привела к кризису либерального путиноведения.

    Пропагандируемое уже много лет объяснение того, «как на самом правит Путин», теперь не работает. Поэтому раскручивается новая теория: начался совсем иной этап.

Якобы, в последний год Владимир Путин поменял сам принцип организации власти. Раньше говорили, что он опирался на друзей-соратников, а теперь меняет их на подчиненных-исполнителей. Почти полтора десятилетия до этого основная линия информационно-пропагандистской атаки на Путина строилась по простой, отполированной до блеска стали схеме: он строит «капитализм друзей».

При этом «путинская гвардия» никого чужого во власть не пускает, ни о каком обновлении «элиты» не может быть и речи, страна гибнет, все плохо.

В целом эта концепция была основой для понимания России не только либералами, но и Западом. Ведь именно исходя из нее США в ответ на Крым приняли персональные санкции против целого ряда как чиновников, так и бизнесменов. Пускай, дескать, «элиты» восстанут против президента. Когда этого не произошло, стали говорить не об ошибочности концепции, а о страхе — запугал всех Путин, поэтому план и не сработал.

И вот теперь такая любимая врагами Путина мантра про «друзей Путина» умирает на наших глазах, и ее срочно перелицовывают на новую, столь же «глубокую».

Что же ее погубило? Уход Иванова произошла почти ровно через год после неожиданной отставки Владимира Якунина, главы РЖД. А в течение четырех месяцев до ухода Сергея Иванова высокие посты оставили еще несколько влиятельных чиновников первого путинского призыва: глава ФСКН Виктор Иванов, глава ФМС Константин Ромодановский, глава ФТС Андрей Бельянинов, глава ФСО Евгений Муров. Одновременно с этим с весны этого годы губернаторами были назначены три выходца из Службы безопасности президента, офицеры в возрасте сорока с небольшим лет, уже получившие опыт работы в различных органах власти.

Назначение Антона Вайно главой президентской администрации довершило удар по сознанию кремленологов.

Любая концепция, объясняющая тайные пружины, устройство власти и принципы кадровой политики, — это одновременно и работа разведки, и элемент пропагандистской войны.


В советские годы западными кремленологами были потрачены огромные усилия на объяснение действий советского руководства через внутрикремлевскую борьбу. И нужно заметить, что и в сталинскую, и в брежневскую эпоху советологи в большинстве случаев писали полную чушь. Не потому, что им ее заказывало ЦРУ.

А потому, что, во-первых, у них практически не было никакой реальной информации о происходившем в Политбюро, а во-вторых, потому что само их представление о мотивации действий советских руководителей имело мало общего с реальностью.

«Эксперты» оценивали советских лидеров как людей, постоянно озабоченных борьбой за власть и выживание — хотя в реальности в тот же брежневский период эти мотивы не входили в число главных. То же самое происходит и с оценками ситуации в нынешнем путинском окружении, только теперь авторами «объяснений» выступают уже не западные, а российские эксперты и аналитики. Работавшие в прошлом на средних этажах власти или даже сейчас имеющие к ней некоторое отношение — но представляющие ее примерно так же, как слепой из знаменитой басни про слона. Среди мотивов Путина, как и ядра его команды, называется все что угодно, кроме главного: укрепления государства. Хотя именно это и объясняет все действия главы государства, включая и его подход к кадрам.

С тем, что Путин получил в наследство разваливавшуюся страну, мало кто спорит (кроме, конечно, тех либералов, что сами были властью в 90-е и довели Россию до края пропасти). То, что он сумел остановить ее распад, не означает, что эта проблема — удержания государства от срывания в смуту — перестала быть для него основной.

Можно напомнить, что всего пять лет назад, осенью 2011-го, объясняя свое решение снова баллотироваться на пост президента, Путин сказал, что у нас все держится на живой нитке. И это не было нагнетанием и преувеличением.

    Распад СССР привел не только к разрыву живого организма (Донбасс и Крым показали, что процессы восстановления идут), но и к слому всего уклада жизни и социально-экономического порядка. На месте которого пока еще так и не возник новый, устойчивый, отвечающий интересам и ценностям народа строй.

Да, есть выстроенная Путиным вертикаль власти, которая вернула управляемость стране. Но еще слишком много зависит от личности первого лица, от его воли и целей. От правителя в России всегда многое зависит — но от его качеств не должны зависеть ни суверенитет, ни территориальная целостность, ни спокойствие и порядок в государстве. Мы пережили это при Горбачеве, и понятно, что для Путина уроки недавнего прошлого, того, что он наблюдал в качестве рядового гражданина, чрезвычайно важны.

Он не может придумать стране новый строй, новый уклад. Он может лишь способствовать движению в ту сторону, которая представляется ему правильной, обеспечивающей устойчивое развитие страны.

Но для этого нужны кадры: люди, согласные в главном, думающие о стране, а не о личном обогащении, работающие не за страх, а за совесть. Где их было взять в ситуации, когда элита временщиков, паразитическая и недальновидная, заняла большую часть командных высот и не думала уступать какому-то «питерскому чекисту» ни реальные рычаги управления страной, ни тем более право определять направление движения?

Только среди тех, кого Путин знал и кому доверял — то есть сослуживцев по работе в КГБ и в питерской мэрии. Так он и сформировал «новую элиту», которая помогала ему все эти годы приводить в порядок управление и саму страну. И в целом они справились с поставленной задачей.

Можно спорить о темпах и издержках, но не нужно забывать о том сопротивлении, которое им приходится преодолевать при движении в заданном направлении.

Это не значит, что Путин не думал о кадровой политике, замкнувшись в кругу «верных товарищей». Выдвигались и толковые кадры из регионов и из национально ориентированной части бизнеса, но понятно, что «президентская номенклатура», то есть те, кого может постоянно держать в поле зрения Кремль, не превышает несколько тысяч человек.

Остальное — это уже работа других, ответственных за те или иные участки работы или отрасли экономики. И тут «болото» протекции, коррупции или просто тупой лояльности затягивало многих.

    Уже к началу нулевых Путин приступил к новому этапу: ужесточению правил поведения «элиты». Вернувшись в Кремль, Путин начал строить чиновников, вводить новые ограничения и повышать требования.

С 2012 года заметно усилилась и борьба с коррупцией, и курс на жесткое разделение власти и бизнеса, и принуждение к избавлению от двойной лояльности (счета за рубежом и прочее), и требования налаживания реального, а не имитационного контакта и диалога с обществом. Все последние годы последовательно идет национализация элиты, и этот процесс еще далеко не закончен.

Понятно, что он вызывает сильное сопротивление внутри «элиты» — не только со стороны тех, кто продолжает путать государственный карман с собственным, но и тех, кто просто не может работать по-другому.

В наиболее серьезном обновлении нуждаются региональные элиты, но и федеральная часть номенклатуры будет меняться. Чиновники забронзовели, обросли огромным количеством «своих людей», имеют неформальные обязательства перед другими, такими же, как они, заслуженными (без всяких кавычек) кадрами.

Система начинает буксовать, ей требуется омоложение, приток свежей крови, и это объективный процесс. Тем более когда у Кремля уже есть возможность выдвигать в верхний эшелон новых, но при этом проверенных и государственнически мыслящих людей.

Но речь не идет о выбивании «старой гвардии». Кто-то уходит по возрасту (тому же Мурову уже 70, да и Виктору Иванову 66), кто-то действительно не вписывается в новый этап путинской работы. Тем более что президент действительно за 17 лет очень сильно вырос как государственный деятель — это не комплимент, а признание очевидного — и не все соратники могли за ним угнаться.

При этом проблемы, стоящие перед страной, не стали легче.

Что-то ушло на второй план, что-то осталось, но Россия по-прежнему стоит перед очень серьезными вызовами. Для Путина важнее то, как отвечать на эти вызовы — а не с кем именно он будет это делать.

Ничего личного — ответственность первого лица такова, что судьба страны (с которой он себя полностью отождествляет, которой служит) для него действительно важнее всего.

Сейчас Путин хочет провести обновление власти так, чтобы в процессе национализации элиты сформировать костяк нового управленческого класса и успеть обкатать на разных должностях тех, кто в будущем должен будет взять на себя управление Россией. Он выращивает не «своих» людей, а государственных, слуг Отечества, а не клана, президента или элиты. Это и есть суть его кадровой работы.

104

seva_riga

Намерения и обстоятельства Путина

October 3rd, 9:49

От подписчика:

    "Хотел ещё спросить: как вы относитесь к политике Путина? Он мазохист? Зачем он продолжает поддерживать людей, которые его с удовольствием сдали бы в Гаагу при первой возможности? Зачем он ставит в министерства тех людей, которые с упорством лучшего применения саботируют его указы и всё стремятся отменить пенсии и пособия, повысить налоги и распродать гос. имущество за копейки, и потом с ними героически борется?...

    Меня все мучает  непонимание этого абсурда, никак не могу найти ответ. Может черкнёте пару строчек…?"

    С удовольствием:
     

    «Есть логика намерений и логика обстоятельств, и логика обстоятельств всегда сильнее логики намерений», - гениальный афоризм И.В. Сталина полностью и абсолютно подходит для анализа действий любых руководителей вообще, и политических – в частности. Предлагаю действия Путина анализировать, держа в голове именно эту аксиому.

    Люди, никогда ничем не управлявшие и за свою жизнь ничего не организовавшие, имеют какой-то извращенный стереотип о возможностях руководителя влиять на процессы, происходящие в руководимой им организации. Поэтому приходится прибегать к аллегориям:

    Пока вы идете пешком,  ваши возможности менять направление движения практически неограничены – можете легко развернуться на 180 градусов, моментально остановиться, перестроиться и легко ломануться налево\направо. Это пока вы один и рулите только своей задницей. Стоит вам сесть за руль автомашины (организации), ваши возможности выбора движения сразу и резко сокращаются. За рулем авто - оно, конечно, быстрее и престижнее, но оказывается, ехать уже абы куда не получится, даже если ваше авто – внедорожник. А по мере набора скорости возможность безнаказанно крутить руль вообще категорически снижается.

    А вот теперь добавьте к этому те самые внешние обстоятельства, среди которых – кочки, ухабы, хреновые погодные условия и толпы недоброжелателей, активно гадящих на лобовое стекло, бросающих на крышу и под колеса булыжники, подгрызающих  подвеску, постоянно пытающихся подменить топливо собственными экскрементами, активно минирующих все доступные магистрали, и картинка условий, в которых приходится работать руководителю-водителю, станет почти полной.

    Не знаю, можно ли считать обстоятельствами горластых пассажиров, каждый из которых уверен, что та дорога, которую предлагает он – самая прямая и безопасная, и помогающих рулить исключительно по старой проверенной методике: «Давай левее, еще левее… жми давай, жми, не останавливайся… а теперь выйди и посмотри, что ты натворил…». Соратники и «соратники» - это вообще отдельная песня. «Лицом к лицу лица не увидать, большое видится на расстоянии…», - очень хорошо подметил 100 лет назад Есенин. И я , прежде чем обсуждать кадровую политику Путина, привел бы несколько классических примеров нехороших историй именно с соратниками – Христос\Иуда, Цезарь\Брут, Грозный\Курбский, Сталин\Троцкий\Хрущёв….

    Спускаясь с политического Олимпа на высоту собственного опыта, замечу, что почти всегда, приходя в какую-либо организацию в качестве кризисного управляющего, я обязательно обнаруживал одну и ту же картину, а именно - тотальное одиночество руководителя среди  как бы единомышленников, намерения и цели которых почти всегда не просто расходятся, а прямо противоположны намерениям и целям лидера.

    Наличие хотя бы 2-3 реальных единомышленника в окружении правителя во все времена делали его практически непотопляемым. Но даже наличие таких людей пока еще не избавило ни одного руководителя от обязательного наличия «засранцев» из числа «ближних стольников». И это, конечно же, является одним из мощнейших обстоятельств, влияющих на общий результат.

    Количество этих обстоятельств и сила их давления таковы, что ЛЮБОЙ руководитель, в том числе и политический,  круглосуточно занят проблемами парирования постоянно возникающих угроз, игнорирование которых может привести как к экономическому, так и политическому краху. Вопросы «Чем бы заняться?» и «Какую бы реформу от скуки замутить?» не возникают вообще никогда ни у кого. Зато вместо них постоянно присутствуют другие: «Где бы выкроить дополнительные ресурсы для затыкания неплановых дыр?» и «Чем бы подпереть всю конструкцию, чтобы она прямо завтра не навернулась?»

    Логика намерений   Путина  самая  что ни на есть благородная и не раз озвученная: «Мы не допустим насилия над мирным населением (Украины)!», «Террористов и их пособников будем мочить в сортире…”,  Я бы хотел, чтобы правительство в Москве, региональные власти и федеральные органы власти в территориях РФ, как швейцарские часы, молотили, не переставая, вплоть до выборов и сразу после выборов…” С намерениями вообще в России всегда всё в порядке. Хреново с обстоятельствами:

    1)    Главный покупатель российского экспорта – Европа, и она же – поставщик высокотехнологичного оборудования и огромного количества товаров народного потребления. И можно сколько угодно радоваться контрактам с Китаем, но деньги от него придут завтра, а вот из Европы они приходят сегодня,  причем в таком количестве, что прервись этот поток – экономика, а вместе с ней и обороноспособность, откатятся в эпоху «раннего Ельцина». А как же уже набранные на Западе кредиты? Чем и как их отдавать при отсутствии валютных поступлений? На что закупать необходимое оборудование и комплектующие для поддержания в рабочем состоянии действующего производства?
    2)    На внутреннем рынке  главные наполнители бюджета и естественные союзники в сражениях с глобальными банкстерами – это сырьевики, котороые обеспечивают поступления здесь и сейчас. Лишить их полностью доходов? А чем тогда платить пенсии и пособия, зарплаты учителям и врачам? А взятые повышенные обязательства по социальным гарантиям? А разросшиеся до неприличия “эшелоны власти” и косяки чиновников, которые хороши, как электорат, в мирное время, но не годятся даже в штрафбат в мобилизационный период? Куда этот чемодан без ручки девать?
    3)    Аппарат управления – это вообще песня. Да – он корявый и дырявый. Возвращаясь к автоаналогии, подвеска ходит ходуном, колеса разъехались, при попытке прибавить газа весь аппарат трясет, как в лихорадке. Надо бы остановиться, выставить развал-схождение, отбалансировать колеса, подтянуть подвеску, но как? Как остановить Россию? Вот и приходится придумывать примочки и производить ремонт на ходу, стараясь не делать резких движений, чтобы не оставить страну вообще без управления.

    Все эти обстоятельства достаточно объективны для того, чтобы засунуть свои намерения в дальний угол и начать решать неотложные задачи по обеспечению стабильности рынков сбыта и такой же стабильности внутри государства, где народ слегка устал от революций, в результате которых революционные лозунги соответствуют результатам с точностью до наоборот.

    Революция, если кто забыл, это смена собственника средств производства. И если “у кого отбирать” вопроса сегодня не возникает, то кто бы ответил на вопрос: “кому отдать отобранное?” “Народу”? А это как? Национализировать? То есть отдать в пользование, владение, распоряжение нашему современному чиновнику? И после этого начнется Счастье? Точно? Свежеарестованный “борец с коррупцией” полковник Захарченко и свежепосаженные мэры и губернаторы аплодируют революционерам, стоя…

    Вопрос новой элиты, которая должна заместить старую и “царствовать” справедливо, разумно и ответственно, стоит не просто остро и совсем не только в России. Вопрос её уже перезрел и упал, но (моё мнение) зависит никак не от желания или нежелания правителя “родить” эту элиту, а исключительно и только от изменения этих самых обстоятельств, первым из которых является грядущая технологическая революция, которая очередной раз изменит производительные силы и привязанные к ним производственные отношения.

    Эволюция средств производства, смена технологического уклада, дальнейшая роботизация, миниатюризация, информатизация производства и логистики, связанное со всем этим неизбежное снижение промышленного энергопотребления, и, паче чаяния, энергетическая революция навроде холодного термояда, неизбежно и независимо от желания нынешних властей, неминуемо сформируют новую технократическую элиту, которая сможет потягаться по эффективности с существующей.

    Развитие средств визуального фиксирования и передачи информации на любые расстояния, создание таким образом глобальной сети обмена информацией и возможностей её верификации уже создали новые условия существования элит, в которых все они находятся, как в стеклянной комнате, с полным отсутствием хоть какой-то возможности засекречивания своей личной жизни и новыми требованиями соответствовать ожиданиям руководимого населения. Элита  вынуждена будет выбирать между собственны комфортом и полной потерей лояльности, а вслед за ней – и управляемости.

    Пишу эти слова и понимаю, что любая заметка об объективности происходящих процессов, которые могут заставить правящую элиту действовать так, как она может быть  и не хочет, в очередной раз наткнётся на  метафизическую веру читателей, что власть делает исключительно то, что с утра прикажет собственная хотелка, игнорируя все законы мироздания, включая силу гравитации.

    Попытка донести элементарную мысль, известную еще второклассникам, что не только ученики, но и учитель совсем не свободен в своем праве определять, что делать на уроке, у взрослых людей вызывает нешуточную истерику, которая заканчивается дивными взаимоисключающими лозунгами:

    1   Власть - дерьмо и это навсегда
    2   Недолго этой власти осталось, сейчас начнется
    3   Скоро придут все хорошие, прогонят всех плохих
    4   Вот пусть существующая власть сама этим и займется...

    Чудно, чудно. Особенно про скорую смену правящей элиты на другую, которая будет исключительно совестливая, заботливая, нежная и теплая, как подушка. Попытка расспросить поподробнее про этих чудесных непорочных пришельцев  уводит собеседников в "светлое царство социализма", где не было никаких пороков, а партноменклатура СССР круглосуточно ломала голову исключительно над проблемой повышения комфорта для рабочих и крестьян, и  была озабочена исключительно соблюдением главного социалистического принципа "От каждого по способности - каждому по труду".

    Вопрос: "А кто ж тогда сдал всю страну англосаксам в 1991м, если не партноменклатура?" -  приводит к еще более детским обидам и сворачиванию разговора в привычный тупик: о чем с тобой говорить, если ты со мной не согласен?....

    И ведь уже не раз и не два приводили доказательства - на пальцах показывали, что новая элита всегда вырастает из старой, и не по щучьему веленью, а исключительно под давлением внешних обстоятельств. Именно эти внешние обстоятельства заставили в 1917м 60% офицерского корпуса царской армии воевать со своими однополчанами в гражданскую. Именно они - внешние обстоятельства - были причиной массового перехода дворян на сторону революции...

    Точно так же и в 1991м именно логика обстоятельств, которая, как говорил Сталин, всегда сильнее логики намерений, привели советскую номенклатуру в стан антикоммунистов и, соответственно, к развалу СССР. Именно она  неминуемо вытащит и среды роттенбергов и абрамовичей тех, кто, руководствуясь исключительно инстинктом самосохранения, начнет шинковать нынешний вселенский распил в мелкую капусту. И не потому что они такие совестливые, а потому что  по-другому выжить просто не получится.

    И другой элиты не было, нет и не предвидится. Только та, что вырастает, как из коротких штанишек, из элиты предыдущей. Ни разу и нигде по-другому не было. Ни при царе, ни при “комиссарах в пыльных шлемах”, которых, кстати, почти полностью помножила на ноль в тридцатые сталинская гвардия.

    Нынешнее социальное устройство - не жилец. А какое тогда - то, что доктор прописал? Какой бы вариант развития мы не рассматривали, какие бы параметры жизни не задавали, всё равно изначально придётся решать, что делать с нынешним перепроизводством кредитных обязательств и тунеядцев, причем в условиях, когда второе постоянно генерирует первое и наоборот. А что делать с тотальным дефицитом ответственности? Патриоты на эти вопросы не отвечают. Ни западники, ни почвенники. Все предлагают кого-то убрать, низложить, аннигилировать.

    Всем кто-то мешает. И все ломаются на вопросе: а чему мешают-то? Что вы такого интересного строите? Расскажите, покажите какие-никакие планы-проекты.  Может быть никого не надо будет изолировать-ликвидировать - все сами, задрав штаны, побегут в ваше светлое будущее... Молчите, очередные низвергатели и разрушители “старого мира до основания”?

    Ну тогда я позволю себе перейти от теории к практике и привести несколько наблюдений о действиях Путина, который как раз пытается менять не людей, а обстоятельства, которые на них влияют:

    Лично я поражён размаху маркетинговой кампании, которая сопровождает последние 2 года российскую армию и российский ВПК.  Самые разнообразные военные соревнования, аналога которым нет в мире (танковый биатлон, авиадартс и пр.), на которых видеокамер задействовано больше, чем самой техники, новые выставки и ярмарки вооружений, венцом которых являются очень даже эффектно освещенные демонстрации вооружений в условиях реального боя… Всё это прямо кричит с экранов и новостных полос, что Россия в лице Путина диверсифицирует свою позицию мировой “бензоколонки”, дополняя и меняя её на роль торговца самой высокотехнологичной продукцией в мире с самой высокой долей добавленной стоимости – современным оружием.

    Какие новые обстоятельства возникают при этих изменениях?

    1)    Меняется роль регионов России, в развитии которой сырьевики были заинтересованы крайне фрагментарно – только в регионах нахождения месторождений и своих офисов. Ни сама земля, ни население за пределами этих регионов сырьевиков объективно никогда не интересовали. Поэтому “15 млн населения для обслуживания месторождений и трубы” – это совсем не безответственный наброс сумасшедшего политика, а вполне объективная экономическая реальность. Для маркетинга ВПК такая философия категорически не подходит.

    2)    У торговли оружием –  другая философия. Маркетинг ВПК всегда опирался на имидж армии, непобедимость которой ни у кого не вызывает сомнений. Ну а какая, к черту, непобедимость с населением в 15 млн? Да, в современном мире и 150 млн – не айс, так что идея русского миллиарда для ВПК отнюдь не является чуждой, а наоборот- самой что ни на есть актуальной и отвечающей его экспортным интересам. Так что чайлд-фри и торговля оружием – это несовместимые в одной стране антагонисты.

    3)    ВПК – это всегда – хайт-тек технологии, которые создают образованные, дерзкие и увлеченные, а эти характеристики ну никак не стыкуются со стандартами ЕГЭ и вообще с болонской системой образования, нигде не пересекаются со стилем жизни богемы и офисного планктона и конкретно конфликтуют с гламуром, который хорош для утилизации лишней денежной массы, но никак не годится для решения производственных задач.

    4)    ВПК – это всегда концентрация огромной массы ресурсов, которые хрен сконцентрируешь, руководствуясь логикой безграничного роста индивидуального потребления. Поэтому отечественная мобилизация (для западников – аналог – пуританская (аскетичная) мораль) – необходимый и обязательный атрибут долговременного успеха на рынке вооружений.

    Сами изменения и явный крен государства (и лично Путина) в сторону ВПК тоже не является каким-то гениальным и жутко оригинальным личным решением, а тоже принят под давлением внешних обстоятельств, главным из которых является хороший аппетит “наших западных партнеров”, страстно желающих в очередной раз отобрать и поделить. Их тоже прижимает и пучит. Они тоже отнюдь не свободны в выборе маршрута и целей. Но о них – в следующем материале.

105

106

http://forumimage.ru/uploads/20170609/14970219031570639.jpg

107

The Nation, США

Оливер Стоун о своем новом документальном фильме «Интервью с Путиным»

В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса расследуют предполагаемые попытки вмешательства России в президентские выборы в Соединенных Штатах, Стоун представляет сторону Путина в этой истории.

16.06.2017
Эд Рэмпелл (Ed Rampell)

Беседа с обладателем трех наград Американской киноакадемии Оливером Стоуном — он является ветераном войны во Вьетнаме, награжден медалью «Пурпурное сердце» (Purple Heart), а также создателем некоторых из числа самых великих голливудских антивоенных фильмов — состоялась в его офисе, расположенном в городе Санта-Моника, в день празднования высадки союзных войск в Европе. Отличительной чертой кинематографических произведений Оливера Стоуна является создание им художественных альтернативных нарративов, что настроило против него не только правительственные силы, но и мейнстримовские средства массовой информации.

В 1986 году, когда президент Рональд Рейган проводил тайную операцию Иран-контрас, Стоун показал противоположную сторону этой истории в Центральной Америке в захватывающем фильме «Сальвадор». Позднее в том же году, а также в 1989 году с помощью своих фильмов, посвященных войне во Вьетнаме — премия «Оскар» за лучший фильм «Взвод» (Platoon) и номинация на лучший фильм ленты «Рожденный 4-го июля» (Born on the Fourth of July) — Стоун взялся за милитаризм с помощью своих ставших уже классическими произведений, повествующих о том, что война — это ад.

В то время как Рейган шумно рекламировал необузданный капитализм, Стоун в своем вышедшем в 1987 году на экраны фильме «Уолл-Стрит» (Wall Street) подверг сомнению моральный идеал, выраженный фразой «алчность — это хорошо». Возможно, наиболее запоминающейся работой Стоуна оказался вышедший в 1991 году его фильм «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе». В нем был подвергнут резкой критике доклад комиссии Уоррена по делу об убийстве президента Джона Кеннеди, а также говорилось о причастности агентов американских спецслужб к этому убийству. А в своей вышедшей на экраны в 2012 году колоссальной 796-минутной «Нерассказанной истории Соединенных Штатов» (Untold History of the United States) Стоун представил среди прочего свой развернутый взгляд на холодную войну.

Теперь Стоун вернулся со своими документальным фильмом «Интервью с Путиным». В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса проводят расследования относительно возможного российского вмешательства в президентские выборы в Соединенных Штатах, а также по поводу возможного заговора во время избирательной кампании и президентства Трампа, Стоун, используя свой уникальный доступ к российскому президенту, осмеливается представить сторону Владимира Путина в этой истории.

В ходе затрагивающего глубокие темы интервью с корреспондентом журнала Nation Стоун говорит о том, что, с его точки зрения, является позицией Путина. Мы говорили об Эдварде Сноудене, неомаккартизме, Сирии, Дональде Трампе, Украине, мейнстримовских средствах массовой информации, Хиллари Клинтон, Джулиане Ассанже, Берни Сандерсе, о возвращении холодной войны, о Мегин Келли, о войне и мире, а также о Путине. Это интервью было отредактировано и сокращено для большей ясности.

Nation: Давайте поговорим о графике работы над документальным фильмом «Интервью с Путиным».

Оливер Стоун: Работа над документальным фильмом «Интервью с Путиным» началась в июне 2015 года. Мы в это время как раз закончили съемки фильма о Сноудене — мы направились в Москву для того, чтобы снять последнюю сцену с Эдом Сноуденом. Мы задержались еще на несколько дней и посетили Кремль, где мы встретились с г-ном Путиным для нашего первого интервью. Затем мы остались еще на два дня, и у нас было несколько интервью. Мы вернулись в Россию в начале следующего года, а затем в середине 2016 года — и каждый раз было несколько интервью — в Сочи… на даче — мы использовали любую возникавшую возможность. Его рабочий график был очень плотным; он работает допоздна. Часто он уходил в час ночи и говорил: «У меня еще одна встреча».

Путин придерживается строгой дисциплины, а ночью отсыпается. Каждый раз утром он выглядел свежим — он никогда не уставал, в отличие от меня. Он очень, очень дисциплинирован, возможно, это идет от дзюдо… Он всегда был в костюме с галстуком и выглядел очень хорошо ухоженным, независимо от времени суток. Ему ни разу не надо было посещать туалет… Он живет в таком стиле вот уже 16 лет. Я упомянул о том, как Рейган занимался делами — он ничего не перекладывает на других, он вникает в самую суть каждого вопроса. Это меня впечатлило… Путин — очень последовательный, консервативный лидер.

Четвертая поездка — мы надеялись, что уже все закончили… Она не была запланирована — это было уже после выборов в Соединенных Штатах, возник целый набор совершенно новых острых вопросов. Поэтому мы договорились о поездке в феврале 2017 года и сняли заключительную часть, уже после прихода Трампа к власти. В ней много времени уделено Трампу — но речь там идет не только о сегодняшнем дне, там присутствует и взгляд в прошлое, который охватывает период в 17 лет, там речь идет о пребывании Путина в должности президента, что очень важно для понимания нынешней ситуации.

Американцы склонны судить на основании текущего момента — заголовки, новости. Но так это не работает — политика, отношения между странами требуют определенной временной перспективы… К сожалению, у нас нет такой возможности, поскольку наш мир новостей требует немедленного ответа, как Буш вынужден был быстро отреагировать: «Я заглянул в его душу и понял, что это человек, которому я могу доверять»… Такого рода отношения выстраиваются только для камеры.

Он мог прервать эту работу в любой момент. Если бы интервью были скучными, а мои вопросы беспредметными, то, я думаю, мы бы закончили быстрее. Мне кажется, я поддерживал его интерес за счет «танцев», то есть, за счет того, что делает режиссер фильма с актерами, пытаясь поддерживать интерес и сделать так, чтобы они захотели снять этот эпизод. Это тот навык, который я приобрел с годами, работая с актерами. Я делал это и с главами государств — с Кастро, Нетаньяху, Арафатом…

Всего у нас получилось 19 часов отснятого материала. Мы сократили его до четырех часов — это неплохая пропорция в 20%…. Мы провели вместе 22 часа… Никаких российских денег в финансировании «Интервью с Путиным» не было…

— В чем значение вашего документального фильма, который выходит на экраны во время ухудшения американо-российских отношений на фоне всех этих обвинений в хакерских атаках во время выборов?

— Так это не планировалось. Это еще один кризис в длинной цепочке кризисов. Соединенные Штаты всегда господствуют в области средств массовой информации и представляют по всему миру свою сторону событий с помощью заголовков. Следует иметь в виду, что российская точка зрения при этом никогда не включается, и она никогда должным образом не представляется для американского народа. А когда это происходит, то создается впечатление, что она преподносится саркастически, насмешливо — это не очень хороший способ для того, чтобы заниматься делом. И поэтому мы совершенно определенно попытались отойти назад во времени и продвигаться к настоящему дню. И это совпадает с президентством Путина, начавшемся в 2000 году.

Он увидел, что Россия находится в состоянии хаоса — вспомните, американцы направляли экономические команды в Россию, они давали советы Ельцину. Ельцин был хорошим другом для г-на Клинтона — он был в значительной степени «нашим парнем». В 1996 году, когда рейтинги Ельцина были на катастрофическом уровне, он был переизбран президентом. Это все еще остается большим вопросом в России — выборы воспринимаются как подтасованные, и в подтверждение этой точки зрения существует немало свидетельств. Кроме того, он неожиданно получил кредит от МВФ, достаточно большой; это произошло в последнюю секунду и позволило поддержать экономику.

Наш эксперимент в России не сработал — приватизация, передача всех государственных предприятий. Все это привело к масштабной коррупции, на которую мы сегодня жалуемся. Значительная часть этой коррупции родом из того периода. Потому что те люди, у которых хватило ума, получили все бесплатно. А те люди, которые действовали по правилам, так, как надо, люди, которые имели пенсионные планы, планы в области страхования, оказались реально в пролете (Смеется).

Скажем так — ВВП России обрушился приблизительно на 40%. Для них этот обвал был хуже, чем Вторая мировая война, которая нанесла огромный ущерб России. Как сказал Кеннеди, «треть Соединенных Штатов, от Чикаго до Нью-Йорка, была уничтожена». Экономика России опустилась до уровня экономики Голландии.

После прихода Путина к власти все на самом деле изменилось. Уровень доходов вырос. Еще существует проблема бедности и различия в доходах — все это уходит своими корнями в 1990-е годы. Ситуация с приватизацией были изменена — модифицирована. Путин верит в капиталистическую, рыночную экономику — больше в ее европейский, чем в американский вариант. Он запустил процесс реформ. Он наделал себе много врагов — как вы понимаете, из числа людей, которые получили выгоду от ситуации в 1990-е годы. Не все, но многие из них эмигрировали, взяли с собой деньги и уехали.

— «Олигархи»?

— Ну, да, их называли олигархами. Но многие из них остались и работали с правительством.

— Должна ли Россия быть партнером Америки в области национальной безопасности вместо того, чтобы рассматривать ее как врага государства номер один?

— Абсолютно. У Америки и России много общих интересов, включая борьбу против терроризма. В космосе они будут ключевыми союзниками. Нам не следует милитаризировать космическое пространство, и это одна из их претензий. Конечно, контроль в области климата… Есть надежда на то, что во всех этих областях может быть налажено сотрудничество — а также в области безопасности в мире…

— Вы являетесь принципиальным критиком мейнстримовских средств массовой информации. Что вы думаете о том, как они представляют Путина?

— Это позор для Запада. Сначала публиковались какие-то позитивные вещи, когда он привнес порядок в существовавший хаос. Но когда он стал, так сказать, сыном России и начал действовать в собственных интересах России, как государствам и полагается поступать, он, на мой взгляд, застал врасплох американских лидеров, элиту своей твердостью и последовательностью. Медийная война против него началась в феврале 2007 года (когда Путин в своем выступлении на Мюнхенской конференции по безопасности подверг критике американский унилатерализм за «почти несдерживаемое масштабное использование силы в международных отношениях»).

— В ваших художественных и в документальных фильмах, от «Джона Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе» до «Нерассказанной истории», меня больше всего поражает то, что в кинематографическом смысле вы представляете нарратив, противоположный господствующим взглядам, вы предлагаете версию относительно событий и людей, которая противоречит официальной. Чем ваш взгляд на Путина отличается от того, что предлагает нам расхожая точка зрения, представленная в мейнстримовских средствах массовой информации?

— В нашем документальном фильме он углубляется в детали, что важно для понимания истории и истоков; он говорит о трех шоках, с которыми он столкнулся в результате инициированной американцами экспансии НАТО, начавшейся в 1999 году — было добавлено 13 государств. НАТО иначе воспринимается русскими, чем жителями стран Запада…

НАТО, по его словам, представляет собой почти национальное государство, которое ставит под свой контроль военные механизмы тех стран, которые являются членами альянса. Они становятся государствами НАТО. Планирование в рамках НАТО использования их территории для проведения операций, военных игр и, возможно, даже, в конечном счете, их самих в качестве военного заложника, находящегося на линии фронта. НАТО — это серьезные обязательства… НАТО представляется как антироссийский альянс…Это очень важно для Соединенных Штатов, но я не думаю, что в интересах Европы быть заложником на линии фронта в условиях напряженной ситуации.

Однако приближение НАТО к границам России — это уже на грани — это как если бы (Россия) разместила свои войска в Мексике и в Канаде, прямо на наших границах, и сказала бы, что мы вам не доверяем и можем напасть на вас в любой момент. Это колоссальная напряженность. Это называется «стратегией напряженности», и она имеет фундаментальное значение для западных интересов… Однако русские не оказывают на нас никакого давления, они не перемещают войска — это Соединенные Штаты перемещают свои войска. Какое у нас количество баз передового базирования — 800? Плюс войска специальных операций в 130 странах — мы чувствуем угрозу, мы чувствуем, что находимся в окружении…

Вот что говорит г-н Путин: «Кто привносит хаос в мир?» Если посмотреть на карту и спросить: «Где находятся войска, где расположены базы, куда направляется оружие?»

— Путин на самом деле говорит в этом фильме о том, что в последний период существования СССР его лидерам было обещано, что НАТО не будет расширяться и принимать в качестве своих членов страны Восточной Европы.

— Но это не было зафиксировано на бумаге, как он говорит, и обвиняет Горбачева…

Номер два (второй шок) он испытал в тот момент, когда Джордж Буш вышел из договора по ПРО с Россией (в 2001 году) — это был настоящий шок. Очень опасный для мира шаг — люди не обратили на это внимания, однако вся концепция ядерного паритета, создававшаяся в течение стольких лет, была нарушена. После этого Америка разместила элементы ПРО в Польше и в Румынии, прямо на границе с Россией.

Я не могу сказать, в какой мере это нарушило баланс. Русские были в шоке от этого — нельзя аннулировать такие важные договоры. Договор по ПРО был краеугольным камнем ядерного паритета и был подписан в 1972 году Никсоном и Брежневым. Это был очень важный договор, однако американский народ не осознает этого, потому что средства массовой информации не объяснили это миру. Это означает, что Россия теперь вынуждена затрачивать деньги и огромное количество усилий на перестройку некоторых своих ядерных систем. Потому что теперь сложно проследить — антиракеты очень быстро можно превратить в наступательное оружие.

Если, например, не сообщить об этом русским, то они не смогут понять, что у них на радаре, с чем они сталкиваются. Если вдруг противоракета начинает вести себя как наступательное оружие, то это становится реальной проблемой. Вы должны мгновенно перестроить свою оборонительную систему и попытаться ликвидировать эту угрозу. Америка разместила вдоль всей границы России подводные лодки, межконтинентальные ракеты, самолеты НАТО — с обеих сторон. Мы разрабатываем всевозможные новые виды вооружений, включая новые ядерные «супервзрыватели» (super-fuses) — они очень опасны.

Другими словами, Соединенные Штаты не намерены вводить какие-то ограничения в области ядерного оружия — они демонстрируют намерение добиться превосходства и обладать потенциалом первого удара по России. Это серьезный, очень серьезный вопрос. Более серьезный, чем вы думаете. Это подводит нас к самой грани. Существует также большое количество возможностей для совершения ошибок, как это показано в фильме «Доктор Стрейнджлав» (Стоун показывает Путину фрагмент этой ядерной сатиры Кубрика 1964 года в своем документальном фильме), в котором происходит сбой; кто-то реагирует слишком остро — это так много раз происходило, начиная с 1970-х годов, и мы были близки к этому, если разобраться в деталях. Во время правления администрации Рейгана было несколько инцидентов такого рода. Поэтому все в настоящее время обеспокоены. Поляки вовлечены — они ненавидят русских, страны Восточной Европы, в головах у них —мысли о мести. Это очень опасная ситуация, и может произойти случайность.

Номер три (третий шок), он в деталях говорит о поддержке Соединенными Штатами терроризма в Центральной Азии, а также в России. Путин об этом говорит, это очень важный вопрос. Они помогали нам после терактов 11 сентября (2001 года), они договорились с Бушем о том, чтобы помогать нам в Афганистане — право транзита, вооружения, разведывательные данные; они, на самом деле, нам помогали. В действительности, они спасли немало наших жизней в Афганистане. В тот момент они стали перехватывать сигналы от чеченских террористов, в Грузии… предпринимались попытки отделить их от Матушки России, население которой уже в 1991 году сократилось на 25 миллионов человек. Грузия стала независимой в тот период. То есть, возникали самые разные проблемы на границе. Украина стала проблемой в 2004 году… и сейчас на Украине терроризмом занимаются крайне правые головорезы.

Буш и Путин провели встречу — он рассказывает о ее результатах. Буш согласился с тем, что мы не должны поддерживать тех людей, который стремятся развалить Россию — в то же самое время он ничего не может сделать, потому что ЦРУ продолжает этим заниматься. И возникает вопрос — кто управляет страной, кто принимает решения. Буш принимает решения? Трамп принимает решения? Или, на самом деле, существует тайное государство, ЦРУ, разведывательные службы, которые делают, что хотят? Это тоже стало одним из вопросов.

Когда советское государство развалилось в 1991 году… отношения продолжились в обычном режиме, единственная сверхдержава… Г-н Буш направил на Ближний Восток 500 тысяч солдат. Это крайне важное решение — вспомните о том, что во Вьетнаме это происходило постепенно… И вдруг 500 тысяч солдат сигнализируют о новом присутствии в мире. Это г-жа Сверхдержава вешает свою вывеску и говорит: «О'кей, мы будем все решать…»

Однако эти три вещи поразили Путина в первые годы, и это было главным изменением в отношениях. Он говорит о «наших американских партнерах» в ходе всего документального фильма, и он ни о ком не говорит ничего плохого, ни об одном президенте. Он уважает Обаму, он уважает Буша — ему, в определенном смысле, явно нравится Буш. На мой взгляд, если брать систему американских ценностей, то Путина следует считать консервативным американцем с абсолютно традиционными ценностями. Он подходит под эту категорию. И если бы он был американским президентом, его бы очень любили наши средства массовой информации, потому что он — хороший, последовательный лидер.

— Вы считаете, что мейнстримовские средства массовой информации демонизируют Путина?

— Ну, ни об одном из упомянутых мной вопросов в период с 2000 года по 2007 ничего не сообщалось (Примечание редакции журнала Nation: На самом деле, они очень мало освещались в мейнстримовских средствах массовой информации). Я об этом ничего не читал. Я думал, что у нас хорошие отношения — но я ошибался. И я не следил за украинской «Оранжевой революцией» 2004 года — казалось, что Россия не имеет ничего против того, чтобы Украина двигалась в сторону Запада. Это не было вопросом. У них были торговые договоры, которые были выгодными, мощными и хорошими для обеих сторон. У них были соглашения в военной области о поставках вооружений. Но все они были разорваны в результате государственного переворота 2014 года. Возникали проблемы в ходе войны в Грузии, о чем мало говорилось. Вторая чеченская война — наконец, Чечня была успокоена (война прекратилась в 2009 году).

Отношения осложнились из-за Украины и Сирии, которая была первой в списке. Потому что в 2011 году Соединенные Штаты активно стали вмешиваться в Сирии, а она была союзником России с 1970-х годов, у них там находилась военная база. Сирия была одним из их наиболее важных союзников России на Ближнем Востоке. Соединенные Штаты, Саудовская Аравия, Иордания, Израиль, Англия, Франция — все они стали принимать участие в этой опосредованной войне в Сирии, а цель их состояла в том, чтобы дестабилизировать страну, избавиться от Асада и привести к власти представителей какой-то умеренной оппозиции, хотя никаких признаков ее существования в то время не было.

Ситуация в стране ухудшалась. Обама бомбил Сирию в течение четырех лет, а никаких результатов борьбы с «Исламским государством» (запрещенная в России организация — прим. ред.) не было достигнуто. Путин вмешался в 2015 году — и именно в этот момент дерьмо попало на вентилятор. Потому что, на самом деле, начались активные бомбардировки, тысячи боевых вылетов, сотни вылетов в день, тогда как Соединенные Штаты предпринимали один или два. Он, действительно, нанес ущерб «Исламскому государству», и это существенно изменило ситуацию. Если вы заметили, развитие всего сирийского кризиса изменило цвет после того, как туда пришли русские и начали делать то, что они и намеревались делать, то есть бороться с терроризмом.

Путин настаивает на том, что это является главной целью. Он подчеркивает, что Дамаск находится на расстоянии всего в 2500 километров от Москвы — это не так далеко. Мы должны понять тот страх, который испытывают русские по поводу возрождения терроризма, поскольку они испытали все это в Беслане (захват школы, 1-3 сентября 2004 года), в Москве (в московском центре на Дубровке, в четырех километрах от Кремля, 23 — 26 октября), в театральном зале «Дубровка» в 2002 году — многие россияне погибли в результате этих терактов.

Путин очень серьезно отнесся к Сирии — я не думаю, что американцы так же серьезно отнеслись к этому, поскольку у нас были другие цели. Мы не боролись с терроризмом. Мы боролись за наше геополитическое преимущество в Сирии, и это во многом связано с нефтью и с географией — контроль евразийского субконтинента, Турция.

Однако Сирия и Украина вместе разрушили все остававшиеся отношения. К этому добавилось еще огромное количество оскорблений со стороны западных средств массовой информации и правительств. Когда у нас есть такие люди, как Джон Маккейн, который говорит, что «Путин — головорез, убийца, диктатор» -

— и «большая угроза, чем «Исламское государство».

— И «большая угроза, чем «Исламское государство».

— Что вы об этом думаете?

— Я не считаю, что Россия представляет собой угрозу. Я считаю, что это, как мог бы сказать Ноам Хомский (Noam Chomsky), сфабрикованный кризис. Он помогает поддерживать американскую враждебность, поддерживать военно-промышленное государство, поддерживать бюджеты — это позволяет расходовать на оборону в 10 раз больше, чем это делают русские. И, конечно же, самую большую ошибку совершил Обама в 2009 году, когда он сказал о том, что мы собираемся полностью перестроить нашу ядерную инфраструктуру и потратить на это триллион долларов. Это очень опасная мысль, если подумать о возможности гонки вооружений, о том, как Россия будет отвечать, как Китай будет отвечать? Подумайте об этом — направить миллиарды долларов на подготовку к войне. К чему это приведет?

Это мог бы быть великий момент — как это было с окончанием периода Горбачева, и Буш мог бы сказать: «Давайте жить в мире». Рейган в какой-то момент хотел полностью разоружиться — помните, Горбачев сказал: «Давайте избавимся от всего оружия», и Рейгану понравилась эта идея.

— Это было на встрече в Рейкьявике в 1986 году?

— Это была прекрасная мысль, это был великий момент в истории… Если мир взорвется, то люди должны знать, что был такой момент…

(Обама) в 2009 году (планировал потратить 1 триллион долларов на обновления ядерной инфраструктуры), и это очень опасно. Это решение, а также угроза, исходящая от антиракет, ставят мир на грань… Основываясь на всей моей работе над этим документальным фильмом и на моем сюжетном инстинкте, я могу сказать, что русские — это крутые ребята,  и они не будут уступать. Их победа во Второй мировой войне была поразительной — нацисты причинили им большой ущерб, лучшая военная машина всех времен. Они понесли огромные потери, но они смогли восстановиться и оказать сопротивление — по сути, они перевернули весь ход войны в Сталинграде… И они боролись, они продолжили это делать в Восточной Европе, это было невероятно. Их военные и гражданские потери оказались колоссальными — по некоторым оценкам, 27 миллионов…

Россия выиграла Вторую мировую войну — но русские не получили за это никакой награды. Сразу после этого Черчилль и Трумэн начали холодную войну. Советские фильмы о Второй мировой войне были очень хорошие… Они помнят. Если вы сегодня будете снимать фильм о Второй мировой войне, если это не будет что-то вроде Тарантино, это никого особенно не затронет в нашей стране. А в России это может случиться, если это дойдет до их сердец, это их ДНК. Все в России, все имеют родственников, которых затронула война, которые были ранены или убиты. Погибло очень много людей. Вся страна боролась за выживание.

Вы должны это понять — они готовы к войне, и они этого опасаются. Я почувствовал во время моих поездок… я почувствовал, что они очень удивлены тем, что Америка занимает такую жесткую позицию в отношении России. Им нравится Путин, поскольку он отстаивает интересы России. Он не слишком агрессивен, он никуда не вторгается, если не считать того, что говорят…

— А вы рассматриваете все то, что происходит сегодня — все эти обвинения о вмешательстве России в американские выборы — в контексте холодной войны?

— Абсолютно. Память о холодной войне не исчезла. Все представители более старших поколений, неоконсерваторы, все они помнят об этом, а также о том, что Россия является главным врагом. Это у них в крови, это их ДНК — ненавидеть русских… Я не считаю это необходимым, на мой взгляд, существует огромное количество недоверия, особенно со стороны элиты Республиканской партии. Они сделали это вопросом на выборах, когда запаниковал Трумэн (в 1948 году), они приняли Акт о лояльности (Loyalty Act) и создали ЦРУ. Поэтому многие из этих зол мы унаследовали от того времени.

Интересно вот что: если бы Рузвельт прожил на несколько месяцев дольше, то в таком случае, совершенно очевидно, мы унаследовали бы другой мир. Очень жаль, что он умер в апреле (1945 года) — если бы он дожил до июля или до августа… Рузвельт верил в великий альянс с участием Соединенных Штатов, Советского Союза, Англии и Китая… Черчилль сказал: «Как бы вы ни критиковали Сталина, он выполнял то, что обещал нам».

— Не сеем ли мы семена нового маккартизма с помощью всех этих обвинений в хакерских атаках?

— Это очень странно — но это происходит. Эти старые фигуры, которые не доверяют России и ненавидят все, что с ней связано. Мне это непонятно, потому что русский народ во многом похож на американский народ…

— Все 17 разведывательных ведомств США пришли к одинаковому выводу относительно хакерской атаки со стороны русских, и все, занимающие левую позицию, вынуждены сказать: «Они должны знать то, что они говорят». Но вы не верите в то, что все эти 17 разведывательных ведомств говорят правду?

— Я не верю, потому что они отошли от своей первоначальной позиции… Это были три ведомства — ЦРУ, АНБ и ФБР. Они состряпали эти разведывательные данные. Это мои слова, (а не Путина)… Это очень серьезные обвинения — относительно того, что Трамп был маньчжурским кандидатом. Я считаю разговоры о влиянии русских на выборы абсурдными, и это видно невооруженным глазом.

Израиль имеет намного большее влияние на американские выборы с помощью Американо-израильского комитета по общественным связям. Саудовская Аравия оказывает влияние с помощью денег… Шелдон Адельсон (Sheldon Adelson) и братья Кох (Koch brothers) имеют большее влияние на американские выборы… А премьер-министр Израиля приезжает в нашу страну и, выступая в Конгрессе, критикует политику президента в отношении Ирана — это довольно возмутительно.

Наша страна в большой степени находится под властью диктатора — этим диктатором являются деньги, военно-промышленный комплекс… За гранью абсурда — каждый год иметь такие расходы на военные нужды…

— Хотя ваши документальные фильмы не так хорошо известны, как ваши художественные картины, вы сняли довольно много документальных лент. Можете ли вы поставить «Интервью с Путиным» в контекст ваших предыдущих документальных фильмов о Фиделе, Арафате, «К югу от границы» и т.д.?

— Это были особые интервью, как и это. Идея относительно Путина возникла спонтанно, она выросла из истории со Сноуденом. Я встречаюсь с Путиным, и в результате мы делаем фильм. В тот момент мы не определяли никаких границ. Мы вынуждены были делать так, чтобы ему было интересно. На мой взгляд, большинство интервью вызывают у него скуку. Конечно, если вспомнить людей вроде Мегин Келли (Megyn Kelly), которые наскакивают на вас, и вы вынуждены защищаться, — такой вариант мне не совсем подходит…

В конце он мне сказал: «Спасибо за то, что вы были таким обстоятельным и задавали хорошие вопросы». Я бросал ему вызов, но делал это мягко — ничего не получится, если использовать острый подход в стиле Мегин Келли… Она была недостаточно хорошо информирована, она упомянула о 17 разведывательных агентствах, и она ничего не знала о тех цифровых следах, о которых говорил Путин.

— Путин ссылался на вас, когда в беседе с Мегин Келли он упомянул о существующей в Соединенных Штатах теории, согласно которой президент Кеннеди был убит американскими спецслужбами?

— Я не знаю. Он никогда со мной об этом не говорил… Это было совершенно неожиданно. Но он воспринял это как возможный вариант, не так ли? Я, конечно же, в это верю, и вы, вероятно, тоже… Только государственный аппарат мог это осуществить, а не любители.

— С точки зрения истории документальных фильмов, вы можете сравнить «Интервью с Путиным» с такими лентами, в которых рассматриваются и переоцениваются уже устоявшиеся нарративы, как в фильме Майкла Мура «Фаренгейт 9/11» (2004), как в фильме «Тонкая голубая линия» Эррола Морриса (1988), или в его же фильме «Туман войны» (2003), как в «Безумцах Титиката» Фредерика Уайзмена (1967), в «Поспешном осуждении» Эмиля де Антонио и Марка Лейна (1967)? В этих фильмах были представлены альтернативные точки зрения, и они помогли изменить общественное мнение. Можете ли вы поставить фильм «Интервью с Путиным» в этот контекст?

— Пока еще нельзя сказать. Будем надеяться на то, что он будет способствовать миру, гармонии и улучшению взаимопонимания. Да, я абсолютно сознательно выступаю за другой мир, за альтернативный. Я не понимаю, почему мы ведем войны…

Как вы это называете: Стоун/Путин? Некоторые говорят: Фрост/Никсон. Все это было в прошлом — а сейчас настоящее. Это шанс для сумасшедшего кинорежиссера выйти и спросить: «Что вы там на самом деле говорите? Мы можем это услышать?»

http://inosmi.ru/politic/20170616/239602465.html
Оригинал публикации: Oliver Stone Talks to ‘The Nation’ About His New Documentary ‘The Putin Interviews’
Опубликовано 12/06/2017 11:19

108


Стихи о железной отмазке.

Мы в России все живём,
Веселимся и поём:
Забухал вчера мой брат -
Это Путин виноват!

В тачке поршень прогорел -
Путин косо посмотрел!
Перекрёсток встал, затор -
Это Путин, гнусный вор!

Зачихала вдруг жена -
Это Путина вина!
В ресторане мерзкий плов -
Это Путин, сто пудов!

Поскользнулся и упал -
Путин чирик потерял!
Злой начальник наругал -
Ему Путин приказал!

Соскочил на жопе чирий -
Хуже Путина нет в мире!
У любовницы залёт -
Путин всем приветы шлёт!

Можно долго продолжать
Дядю Вову вспоминать -
Только надо, для начала,
Оглянуться на себя...
©2017 John Warner


Вы здесь » ЗООМИР и не только о нем » РОССИЯ » Путин